– Меня это вполне устраивает, – сказал Зурдан. – Ничего не обещай, просто возьмись. Я не хочу умирать, Джонни!

Мантелл уловил едва заметную дрожь в голосе Зурдана, когда тот произносил последние слова. Он начал постигать характер этого великого человека. За уверенным тоном повелителя, лежал страх перед неведомым будущим, перед смертью; как любое человеческое существо, Бен Зурдан не хотел умирать. Хозяин не желал покидать свой мир мечты, свою империю, ведь он ее придумал и он ее создал. «Что ж, – решил Мантелл, – не стоит порицать его за это».

– И еще об одном я хотел бы поговорить с тобой, Мантелл, – теперь голос Зурдана звучал твердо. – Дело касается Майры Батлер.

Мантелл сразу напрягся.

– В день твоего прибытия на Стархевен я просил ее составить тебе компанию, Джонни. Чтобы помочь освоиться, понимаешь? Но теперь, чтобы избежать дальнейших осложнений, нам надо объясниться. Майра занята. Я женюсь на ней, как только разрешу главную проблему.

– Я… я никогда, – пробормотал Мантелл.

– Что – никогда? – оборвал его Зурдан. – Ты как-то звонил ей в три часа ночи. Не знаю, о чем ты хотел поговорить с ней в столь позднее время, но могу себе это представить. Держи свои лапы подальше! На Стархевене прорва женщин, и если у тебя есть в них потребность, я помогу подобрать то, что нужно. Но Майру – не тронь!

Мантелл встретился взглядом с Зурданом и содрогнулся. Не стоило с ним тягаться: его силу не преодолеть. Если Зурдан прослушивает видеофоны, то лгать бесполезно. И даже опасно.

– Спасибо за предупреждение, Бен, – произнес Мантелл. – Я не хотел бы оказаться у тебя на пути.

– Да, – спокойно сказал Зурдан. – Не стоит и пытаться.

Следующий час Мантелл провел, выслушивая проекты Зурдана об устройстве Стархевена. Хозяин показал Мантеллу небольшую комнату, которой надлежало стать его кабинетом, познакомил с лаборантами, техниками и учеными, отданными ему в подчинение. Напоследок Зурдан вручил ему пятьсот банкнотов в счет будущего жалованья.

– Теперь тебе причитается твердый оклад, – сообщил Бен. – Будешь получать пятьсот чипов каждую неделю. Ты сможешь устроиться с комфортом.

– Полагаю, с пятью сотнями я как-нибудь управлюсь. Семь лет я жил на считанные гроши.

Зурдан натянуто улыбнулся:

– Дни нищеты безвозвратно канули в прошлое, Мантелл. Ты на Стархевене. И здесь все будет по-другому.

Они поднялись на крышу, сели в поджидавший их аэрокар и вернулись в город. Мантелл посмотрел вслед огромной широкоплечей фигуре, исчезающей в дверях своего офиса.

Он думал о Майре.

«Конечно, это здорово, – прикидывал Мантелл, – что с сегодняшнего дня я буду получать пятьсот в неделю. За это мне предстоит выдумать способ как защитить жизнь Бена Зурдана. А пока Зурдан жив, Майра будет с ним».

Мантелл размышлял об этом и вдруг увидел ее выходящей из соседнего здания. Они буквально столкнулись нос к носу. Опешив от неожиданности, они рассмеялись.

– Привет, Джонни, – сказала Майра, немного официальнее, чем обычно. – Кажется, ты ездил в башню управления с господином Зурданом?

– Так оно и было. Мы вернулись пять минут назад. Он у себя в кабинете.

– Мне нужно с ним повидаться – несколько срочных сообщений…

Она пошла прочь, но Мантелл рванулся за ней и схватил за руку. Тут он вспомнил, что скрытые фотокамеры фиксируют каждый кадр этой сцены, а или, возможно, Зурдан сам наблюдает ее из окна кабинета. Он был вездесущим и всевидящим, насколько, это вообще в человеческих силах.

– Что, Джонни?

– Я… я хотел попрощаться. Теперь нам вряд ли удастся видеться часто – я буду работать в башне. Моя неделя праздного безделья подошла к концу, – его голос предательски дрогнул. Джонни был уверен: Майра поняла, что он хотел сказать. Зурдан, видно, не постеснялся предупредить и ее, чтобы держалась от Мантелла подальше. Хозяин играет наверняка.

– Может, это и к лучшему, Джонни, – согласилась она.

Майра осторожно, но настойчиво высвободила свою руку, почти механически, выдавила ничего не обещающую улыбку и сразу замкнулась, словно щелкнула затвором фотоаппарата. Она прошла через слабо мерцающий силовой барьер в офис Зурдана. Мантелл постоял, глядя ей вслед, горестно вздохнул и пошел своей дорогой.

Джонни спустился по гравишахте вниз, поймал такси и поехал в отель.

Когда он поднимался в вестибюль, услужливый робот, охранявший вход, выскользнул ему навстречу, протягивая какой-то сверток.

– Господин Мантелл, вам посылка. Ее доставил специальный курьер.

– Спасибо, – сказал по привычке Мантелл. Взял сверток и прошел к лифту. Сверток, завернутый в плотную пластиковую обертку, был размером с книгу. Он нахмурился, прикидывая, кому это взбрело в голову дарить ему книги.

Наверху он швырнул сверток на кровать, поляризовал окно и принялся разглядывать Стархевен: искусственное солнце, искусственное небо и искусственные облака, бегающие по металлической оболочке.

Стархевен… Собственность Бена Зурдана, хозяина мира беглецов. И он, Мантелл, единственная надежда повелителя, призван спасти его от смерти.