— Передайте ей, что мы выследили дичь и сможем начать охоту раньше, чем предполагалось. Она поймет.

— О да, я тоже понимаю… Прямо как в игре скаутов. Как будто бы мы герои романа из серии «По следу», вы не читали? Очень жаль, там столько приключений…

— Мадемуазель, речь идет не о приключенческом романе.

— Я прекрасно это знаю, и мне жаль.

Как она его раздражала!.. Что только в ней нашел Тавернье?.. Да, пожалуй, она красива, но по сравнению с Сарой…

— Будьте все же осторожнее: люди, с которыми нам приходится иметь дело, вовсе не герои романа, вы могли вчера в этом убедиться. Выходите первой… До свидания.

Оказавшись на улице, Леа задумалась, куда ей направиться. У нее не было желания идти ни на Университетскую улицу, ни на улицу Грегуар-де-Тур. Она машинально пошла в направлении «Театр франсез». На улице Одеон она остановилась перед освещенной витриной книжного магазина. Внутри несколько человек оживленно беседовали. Красивая брюнетка с зачесанными наверх волосами стояла немного в стороне, слушая взъерошенного человека, который говорил, нервно жестикулируя и не вынимая окурка изо рта. Это был Андре Мальро. Она вспомнила, что Рафаэль Маль давал ей читать «Условия человеческого существования». Мужчина с очень некрасивым лицом, в очках с черепаховой оправой и с трубкой во рту внимательно его слушал. Маленькая толстушка в старом сером платье, с волосами, туго стянутыми в узел, приводила в порядок книги. А этот лысый мужчина в красном шейном платке: это же Андре Жид!.. Вопреки мнению бордоских буржуа, дядя Адриан любил его сочинения. Они встречались в Париже и обменялись несколькими письмами. Это было предметом особой гордости доминиканца. Женщина с короткой стрижкой, одетая по-мальчишески, и еще одна, лица которой не видно… А вот и Виктория Окампо, беседующая с Франсуа Тавернье. Нет, Леа совсем не хотела сейчас его видеть. В этот момент она встретилась взглядом с аргентинкой, и та указала на нее своему собеседнику. Раньше, чем Леа успела отреагировать, он выбежал к ней и схватил за руку.

— Где ты бродишь? Я себе места не находил от беспокойства!..

— Оставь меня!

— Сара мне все рассказала. Будет лучше, если ты вернешься в Монтийяк.

— Я вернусь, если сочту это нужным. Ты не вправе мне приказывать.

— Я тебе не приказываю, а настоятельно советую.

— Прибереги свои советы…

— Мадемуазель Дельмас, мы встретились раньше, чем предполагалось.

— Добрый вечер, мадам.

— Входите, я представлю вас моим друзьям.

Не смея отказаться, Леа вошла в книжный магазин.

— Адриенна, разрешите вам представить мою юную приятельницу Леа Дельмас. Леа, это Адриенна Моннье и Сильвия Бич — владелицы магазина, госпожа Симона де Бовуар и господин Жан-Поль Сартр. Господа Андре Жид и Андре Мальро… Жизель Френд, она была со мной в Аргентине, а сейчас проездом в Париже, — сказала Виктория Окампо.

Поприветствовав ее, Сартр и Мальро продолжили беседу, а Андре Жид откланялся.

— Пойдем, — тихо сказал Франсуа.

Они ушли, пообещав Виктории Окампо прийти завтра к ней на чашку чая.

— Ты ужинала?

Леа отрицательно покачала головой.

— Тебе надо поесть, пойдем, — сказал он, взяв ее за руку.

Они молча дошли до Сен-Жермен-де-Пре и вошли в пивную «Лип».

Их встретил сын хозяина Роже Каз.

— Добрый вечер, месье Тавернье. Вы сядете за тот же столик, что и вчера?

Он усадил их рядом с кассой. Метрдотель принес меню.

— Вам подать аперитив?

Не спросив Леа, Франсуа заказал:

— Два бокала шампанского, пожалуйста.

За соседним столиком ужинали Жан Кокто и Мари Белл. Немного поодаль сидели Жорж Бидо и Морис Шуман. Леа узнала их. Они кивнули молодым людям.

— Ну а теперь рассказывай.

Леа выпила немного шампанского.

— Мне нечего тебе рассказать. Твоя жена тебе уже обо всем сообщила.

— Прекрати, пожалуйста, нам не следует разговаривать в таком тоне. Я говорил тебе, что мы собирались пожениться. Теперь это произошло, вот и все.

— Вот и все! — вскричала Леа так громко, что все присутствующие обернулись в ее сторону. — Это уж слишком, — продолжала она, понизив голос. — Я думала, что ты откажешься от этого безумного проекта. Обо мне ты подумал?

— Дорогая моя, я только о тебе и думаю. Позже я разведусь и женюсь на тебе…

— Конечно, ты уверен, что я буду покорно ждать, когда ты решишь развестись! Но ты не единственный мужчина на Земле!

— Да, это так, но я единственный мужчина, которого ты любишь.

Да, дерзости ему не занимать!.. Однако он говорил правду: она действительно любила его, этого негодяя, и мысль о том, что его может интересовать другая женщина, причиняла ей боль…

— Между, мной и Сарой ничего нет, и никогда не будет. Но я должен защитить ее и помочь ей…

— А меня ты сегодня защитил?

С какой болью он на нее при этом посмотрел!

— Я отдал бы все, чтобы к тебе это не имело бы отношения…

— Ты немного опоздал. Поскольку я тебя не застала, мне пришлось встретиться с другом Сары.