И уже хором мужчины закончили:

– Так дальше продолжаться не может.

– Да? – насмешливо взглянула на них Кира. – И что вы предлагаете?

– Мы требуем, чтобы вы уважали нас и наше мнение.

Это было что-то новенькое в их отношениях. Раньше подругам казалось, что они и так уважают мнение своих мужчин. Но теперь выяснялось, что тем требуется какое-то особенное уважение. Но вот где его взять, подруги не знали. Уважение – это такая штука, которая по заказу не появляется.

– Что конкретно вы от нас хотите?

– Не путайтесь в это дело, – быстро воскликнул Эдик, так что стало ясно, эту фразу они с Лисицей репетировали не один раз. – Предоставьте все профессионалам.

Кира нахмурилась, но попыталась объяснить:

– Дело в том, что мы с Лесей уже предприняли ряд шагов, чтобы вычислить личность убийцы Кости Нахапкина.

– Зачем вам это надо?

– Полицейские подозревают Костю в причастности к совершенной у нас дома краже.

– Это мы поняли. Убийцу этого Кости зачем вам искать?

– Пока мы сидели в полицейском отделении, мы успели узнать, что дома у Кости тоже был сейф. И хотя он не был взломан, стоял целый и невредимый, но внутри полицейские нашли только небольшие деньги на текущие расходы. У нас же было украдено гораздо больше.

– И драгоценности… Их полицейские тоже не нашли.

– К чему вы это ведете?

– Да к тому, что если Костя причастен к случившейся у нас в доме краже, то у него явно был сообщник. И этот сообщник мог убить Костю, чтобы затем единолично распоряжаться всеми украденными у нас и не только у нас ценностями.

– Если мы найдем этого сообщника, то найдем и наши ценности.

Лисица побарабанил пальцами по столу. Потом они с Эдиком переглянулись, и тот снова сказал:

– Я считаю, что вам надо забыть об этом.

– О чем забыть?

– Украденные драгоценности мы вам возместим новыми подарками. А деньги… что же, деньги – это в конце концов всего лишь деньги. Сегодня они есть, завтра их может не быть, а через год они появляются снова.

– Вы слишком дороги для нас, чтобы мы позволили вам рисковать из-за такой ерунды.

Пришлось рассказать мужчинам и про сережки Лесиной бабушки, которые в любой момент могла потребовать для демонстрации ее мама. Услышав, что в дело вмешалась мама Леси, оба бунтовщика тут же притихли. Лесину маму они побаивались, и видеть ее в гневе им совсем не хотелось.

– Э-э-э… это все меняет, – сказал Лисица.

– Что же вы нам сразу не сказали про сережки? – поспешно добавил Эдик.

– Нельзя расстраивать маму.

И мужчины трусливо переглянулись. Они знали, в кого полетят шишки, когда обнаружится пропажа сережек. Тетя Света обвинит во всем не свою дочь или ее подругу, она обвинит мужчин, не способных защитить честь и имущество своих женщин.

– Нельзя, чтобы мама Леси узнала правду!

– Мы это и сами прекрасно понимаем, – отозвалась Кира.

– И мы не хотели расстраивать ни вас, ни ее, – добавила Леся. – Поэтому и молчали до последнего.

– Значит, эти сережки вы пытались вчера выкупить у Кости? Из-за них весь сыр-бор?

– Да.

– Ну, так теперь нам все понятно! – воскликнул Лисица.

– Молодцы, что поехали, – прибавил Эдик.

И почти хором мужчины закончили:

– Мы бы и сами посоветовали вам то же самое.

Посмотрите на этих людей! А еще вчера эти двое метали громы и молнии, ругая подруг на чем свет стоит. Сегодня же они хвалят их за то, за что вчера проклинали. И как подругам после всего этого относиться к своим мужчинам? Как они могут уважать мнение людей, которые настолько не уважают их собственное, что даже не желают выслушать до конца?

Но подруги решили быть выше подобных дрязг, в конце концов, они ведь женщины и должны уметь прощать.

И Кира сказала:

– К сожалению, нам не удалось выцарапать наши сережки у Кости. Прежде чем мы сумели поговорить с мерзавцем, кто-то уже всадил ему в живот нож.

– Безобразие!

– Ставят нам палки в колеса.

– С этим надо разобраться!

В общем, к концу завтрака мужчины, еще совсем недавно категорично отрицавшие даже возможность проведения собственного расследования, совершенно изменили свое мнение.

А когда раздался звонок вчерашнего следователя, который просил подруг подъехать к нему в отделение, мужчины и вовсе почувствовали себя нужными, незаменимыми и самыми главными.

– Мы поедем с вами, и точка! – заявил Лисица.