– Почему она кричала?
– спросил он, заходя и садясь на мой стул. Кувшин с отваром, который Люц принес, он поставил на стол рядом с кружкой.

– Я не знаю.

– Она спит?

– Нет, просто без сознания.

– Плохо. Тогда вот что, попробуй сделать что-нибудь, что вывело бы ее из беспамятства. Как выведешь, напои вот этим - он указал на кувшин.

– И что я должен по-твоему в ней сделать?!
– возмутился я.

– Да хоть раздевай, - ухмыльнулся Люц, - Какой-нибудь неожиданный поступок, что-нибудь шокирующее ее. Стресс может вывести ее из этого состояния. Но не переборщи, а то ее от нервного расстройства придется лечить. А нам этого не нужно. Усек?
– его тон стал угрожающим. Я ошарашенно посмотрел на него.

– Люц, да ты никак... влюбился в нее?
– я подумал, что если этот... опустим, скажет "да", то я его просто убью.

– Что?!
– шарахнулся от меня Люц, - В эту гадюку?! Да ты о****л!!! Да я даже под угрозой расстрела на это не пойду!

– Тогда почему?
– он вздохнул и тихо сказал мне:

– Она мне как сестра стала. И всем нам. А Найт ее вовсе дочерью считает.
– "Мы - семья". Снова я задумался над словами Сай.

– Ладно, иди... Мне нужно переварить эту новость, - махнул я рукой.

Итак, отбросим мысли по поводу семейки, вернемся к Сай. Я посмотрел на нее. Скулы заострились, лицо больше напоминает череп, а по ее телу можно изучать анатомию шасс. Надо ее откормить.

Шокирующее, говорите... Я медленно склонился над ее лицом. Некоторое время всматривался в до боли знакомые черты, потом осторожно поцеловал. Постепенно я переходил от ласки к страсти, мне нужно расшевелить ее.

Я подумал и укусил ее за губу. Сай вскрикнула и очнулась, оторопело посмотрев на меня. Я слизнул с ее нижней губы капельку выступившей крови. Она чихнула, едва не разбив мне губу своим лбом и вся романтика слетела мгновенно.

– Саишша, кто с тобой разговаривает?
– слетел с губ совсем не тот вопрос, который я собирался ей задать. Она вздрогнула и съежилась в моих объятиях, спрятав лицо у меня на груди.

– Сим... я не хочу о нем говорить. Мне страшно...

– Тихо, тихо, - я укачивал ее как маленькую, - Я же с тобой.

– Мрак...
– тихо прошептала она. Я хотел переспросить, но понял, что сейчас не лучшее время. Она, казалось, поняла, что творится у меня в душе. Подняв голову, Сай посмотрела мне в глаза и что-то сделала.

Мрак... Везде беспросветный мрак... Он подбирается ко мне из самых темных углов, опутывая холодными щупальцами ужаса. Из него звучат голоса, они зовут меня, и я не могу сопротивляться. Но какая-то часть сознания яростно шипит: "Стоять!!!" И все повторяется сначала.

Он появляется уже не в первый раз, и обычно его шаги тихи и неслышны, пока он не подберется вплотную. Но в этот раз все иначе. Он подходит вальяжно, как к уже поверженной добыче, а я с ужасом осознаю, что на этот раз я проиграю, если мне не помогут. И никто мне не поможет, потому что мой брат далеко, хотя я чувствую по каналу нашей связи, как он беснуется, понимая, что не может ничего сделать, но прекрасно чувствуя все мои ощущения; а мое солнце не знает, что со мной происходит.

Это похоже на то, как будто ты плывешь в мутной, темной и густой воде. Ты на краткие и бесценные мгновения выныриваешь в реальность, чтобы глотнуть воздуха, но тут же тебя затягивает обратно, чтобы поиграться с тобой до тех пор, пока ты не потеряешь сознание от недостатка воздуха. Потом тебя снова вынесет на поверхность, и снова засосет в пучину, и так до бесконечности... Пока мрак не решит, что с тебя довольно и не отступит до следующего повода вернуться.

Солнце мое, помоги мне... Мрак касается меня своими щупальцами, оставляя противное ощущение липкости и брезгливости. Но я не в силах отогнать его. Сим, не оставляй меня, прошу...

Словно где-то зажгли огонек свечи. Я интуитивно чувствую, что там спасение и собираю все силы для того, чтобы встать и продвинуться в ту сторону. Но и мрак понимает, что это означает то, что он останется без добычи. Он пытается задержать меня, я двигаюсь все медленней... И кажется, это конец...

Но нет, огонек впереди разгорается все ярче, у меня появляется странное чувство... я уже забыла, что есть какие-то другие чувства, кроме страха, безнадежности и сумасшедшей надежды. Возмущение? Кажется, так. Я цепляюсь за это чувство, и идти становится легче.

Больно! Я недоуменно прикасаюсь к губе. Кровь? Как странно. Откуда могла взяться кровь на губе?

Огонек уже совсем близко. Я уже могу коснуться его руками. Я знаю, что если я дотронусь до него, то я выиграю. Я с улыбкой протягиваю руку вперед. Вспышка...

Молчу. Что это было? Саишша уткнулась лбом мне в грудь и не шевелится. Я тихо спросил, будто разговаривая сам с собой:

– Ты ведь показала мне то, что сама чувствуешь. Верно?
– нет реакции. Только тяжелое сопение. Может, она просто переутомилась?