Шрифт:
Сообща решили отправить вперед дирижабли для разведки. Техники Сумитомо отчитались о прокладке телеграфного кабеля. Командир инженерного полка доложил, что утром готов навести три понтонных моста через реку, но негде взять бочки для подвоза чистой воды. Многие колодцы на пути войска отравлены…
Под утро Артур забылся тревожным сном. Ему показалось, что разбудили спустя минуту после отбоя.
– Что там еще? Кто-то опять сбежал?
– Нет, господин Кузнец. Впереди маленький городок. Падальщики донесли, что бешеный лес не удается высадить, корни гибнут.
– Это как? – у Артура сон как рукой сняло.
– Очень сильная химия, господин. Но пожарища нет. В Токио так умеют делать только колдуны Асахи. Только они умеют убивать бешеный лес без огня.
Кузнец позвонил в колокольчик.
– Ван, распорядись, пожалуйста, чтобы привели сюда химика Обо и разбудили госпожу Ай!
– Императрица уже здесь, господин. Химика тоже доставили.
– Ты незаменимый человек, Ван.
Спустя минуту, накинув доспех, Артур уже беседовал с крысиной императрицей и испуганным химиком.
– Артур-сан, мы не можем продвинуться ни на метр, – вздохнула Ай. – Кроты гибнут. Это он, старший химик Асахи, больше некому.
– Говорят, у старшего химика всегда с собой страшный яд, он может отравить нам воду, – заскулил Обо. – Артур-сан, если тебе жаль людей, поговори с ним. Он ждет тебя одного.
40
Старший химик
Человек раскачивался в кресле. Кресло стояло на открытой веранде среди цветочных клумб. Чудесные птицы с ярким оперением порхали среди распустившихся бутонов. Среди карликовых сосен шныряли белки. Человек кормил белок орешками. За спинкой кресла скромно застыла переводчица.
– Я рад, что ты решился на столь опасный путь. Наш брат Кристиан не обманул. Ты действительно Проснувшийся Демон. Когда мне рассказали, что один русский с драконьим глазом сумел помирить кланы якудза, я понял, что ты жив…
– Разве я кого-то помирил?
– Иногда кажется, что даже самые сильные волны не могут разрушить скалу. Но проходят годы, и скалы превращаются в песок.
Человек в кресле-качалке обернулся. Он был молод и стар одновременно. Кузнец мгновенно вспомнил – такие лица он видел у русских качальщиков. Юная кожа, седые брови, жилистые руки и припорошенные вековой мудростью глаза. Долго смотреть в эти глаза не получалось – лицо собеседника начинало двоиться и троиться.
Старший химик улыбался.
– Твой брат Кристиан очень огорчился, что ты сбежал. Он привез тебя мертвого. Он говорил, что ты нужен своему народу в России. Теперь тебе придется ждать, пока ваши уссурийские братья пришлют свежего дракона.
– Я не тороплюсь.
– Разве? – седой поднял мохнатую бровь. – Разве ты не стремишься быстрее вернуть себе власть? Ведь ты был у себя на родине великим человеком, ты был вроде императора?
– Да, это так… Я еще многое не помню, но в целом вы правы. Говорят, я был президентом. Я хочу скорее вернуться домой, но… О, черт, как сложно! Здесь я нужнее.
– Зачем тебе власть в Японии?
– Что? Простите, я не понял… – такого вопроса Артур не ожидал.
– Ты понял. Можешь не отвечать мне, но себе тебе придется ответить, когда ты останешься один. Подумай, зачем тебе нужна эта вершина? Чтобы те, кто внизу, кололи тебя в пятки ножами?
Артур не сразу нашелся что ответить. Все высокие слова о благе народа, о путях развития страны вылетели из головы. Перед столетним одуванчиком он ощущал себя неуклюжим месячным щенком.
– Мне не нужен трон в вашей стране. Я хочу показать людям, что можно править коллективно. Как это было в Японии до Большой Смерти.
– Ты уверен, что им это нужно?
– Эти речи я уже слышал. Не надо считать народ толпой дураков.
– Народ уже выбрал своего императора.
– Нельзя всех выровнять под гребенку. Те, кто освоился на пожарищах, тоже имеют право на жизнь.
– Как ты считаешь, ты сильный мужчина? – сменил тему старший Асахи. – Не рассуждай, просто кивни, да или нет. Не сравнивай себя с другими.
– Да, сильный.
– Ты умный? У тебя хорошая память? Зоркие глаза? Ты способен к языкам? Ты знаешь инженерное дело?
– Да. Да. Да. Да.
– Ты умнее своих советников в Петербурге? Ты лучше других знаешь историю? Ты быстрее других читаешь?
– Да… да, да…
– Но тогда, если ты все это знаешь о себе, зачем кому-то доказывать свое величие? Зачем тебе вершина горы, на которой одному так трудно жить, если ты и так лучший? Если ты не можешь отказаться от борьбы за вершину, ты – не человек. Ты – волк, или обезьяна. В стаде обезьян самцы дерутся всю жизнь за право сидеть на верхней ветке. Если ты снова взберешься наверх, тебе не будет пути обратно. Тебя сожрут другие самцы. Если ты хочешь такой жизни – ты получишь ее. Но тогда к чему тебе книги и весь твой разум? Волк не умеет читать, ему достаточно клыков и сильных лап.