— Короче говоря, найди то — не знаю что.

— Примерно так.

Вагиф, сделав паузу, подошел к окну и открыл форточку. В помещении было сильно накурено.

— Какие у тебя есть соображения по предстоящей работе? — спросил он, разливая в чашечки уже порядком остывший кофе.

— Во-первых, относительно этого Ода. Его сейчас здесь нет. Формально он уехал в Израиль, а там он или нет — одному богу известно. Можно прощупать, и то очень осторожно, его кооператив, по нему у нас есть кое-какие наметки. Кстати, ты помнишь Расима, с которым познакомился в прошлый раз? Так вот, они неплохо знают друг друга, и, по-моему, их связывают какие-то общие дела. На что и хочу обратить твое внимание. Од — это псевдоним, на самом деле этот тип носит вполне прозаические имя и фамилию: Ахмедов Али. Здесь тоже есть над чем подумать. Почему далеко не глупый человек, каким является господин Ахмедов, с какой-то непонятной настойчивостью требует, чтобы к нему обращались только так — господин Од, даже не уточняя, имя это или фамилия? Не знаю как тебе, но мне эта деталь сразу бросилась в глаза. Да, что я хотел сказать. Ты говоришь, что этот непутевый Чингиз проводил над кем-то опыты. Я больше чем уверен, что он это делал вне стен своей лаборатории. Это, на мой взгляд, очевидно. Тогда возникает вопрос: где именно? Пусть мы не знаем, какое он использовал оборудование, если, конечно, оно вообще использовалось, но даже если предположить, что он просто разговаривал с подопытным, все равно необходимо какое-то помещение. А жил он, как ты знаешь, в таких стесненных условиях, что дома кого-то принимать было практически невозможно.

— И какой же вывод?

— Он мог это делать в помещении кооператива Ода. Там были все условия. Необходимые кабинеты и, что самое главное, непрерывный поток людей. На базе этого кооператива до сих пор функционируют курсы иностранных языков и компьютерной грамотности.

— Неплохо было бы поближе познакомиться с этим кооперативом. Надеюсь, там вход свободный для желающих освоить, скажем, компьютер?

— Был свободный. Сейчас в связи с наплывом желающих и ограниченными возможностями самого кооператива попасть туда можно только по рекомендации близких к руководству организации людей. Как тебе?

— Очень, очень интересно. Выходит, ограничив доступ, они автоматически решили сразу две задачи: конфиденциальность и возможность выбрать именно тех людей, которые их по каким-то причинам больше интересуют, скажем, которые обладают повышенной внушаемостью, а?

— Ну, это пока из области предположений.

— Безусловно.

— Но и это еще не все. Днем в помещение кооператива просто так не войдешь, у входа крепкие ребята. Ночью же охрана и спецсигнализация.

— Любопытно. А ты не интересовался реальными доходами этого кооператива? Неужели они позволяют так роскошествовать?

— Насчет доходов все в ажуре. Бухгалтерия в порядке. Всем выплачивается мизерная, но зарплата. Имеется микроскопический, но все равно доход, с налоговой инспекцией никаких проблем. Другой вопрос, сколько им платят в действительности и откуда Од берет для этого деньги?

— Хорошо, а что там с Расимом? Он-то как попал в поле зрения?

— Очень просто. Не секрет, что все эти новоиспеченные бизнесмены, как правило, имеют друзей среди людей, близких к тем государственным структурам, от которых зависит их деятельность. И я навел соответствующие справки. Оказалось, таким человеком для господина Ода был твой старый друг Расим. Кроме того, их несколько раз видели в компании со служащими ряда государственных структур.

— И что, между этими служащими есть нечто общее? — с неподдельным интересом спросил Вагиф.

— Да, есть. Не занимая высоких постов в своих учреждениях, они тем не менее имели доступ, как у нас принято говорить, к информации, которая могла заинтересовать как спецслужбы иностранных государств, так и некоторые частные коммерческие структуры как у нас, так и за рубежом.

— Час от часу не легче. Ну, а ваши ответные действия?

— Ждем, — пожав плечами, ответил Рауф.

— Чего вы ждете?! — вскричал Вагиф, вскочив с места. — Ждете, пока всю республику по винтику разберут и продадут?

— Ждем указаний сверху. Ты что, не знаешь, что инициатива, в отличие от бездеятельности, наказуема? А вообще по этим вопросам тебе стоит обратиться к уважаемому Полковнику. Он лучше меня объяснит ситуацию.

— Ладно, не обижайся, — примирительным тоном сказал Вагиф. — У тебя есть какой-нибудь план действий?

— Очевидно, такой же, как и у тебя. Посетить этот кооператив сегодня ночью, — времени на самом деле в обрез, — и хорошо там поработать.

— У тебя есть какое-нибудь конкретное предложение, как это сделать?

— Есть одна мыслишка.

— Выкладывай.

— Во-первых, мне кажется, надо все сделать так, чтобы у работников кооператива не возникло подозрений, что ночью их кто-то посетил. Поэтому все эти технические фокусы по отключению сигнализации и вскрытию сейфовых замков, мне кажется, надо сразу отбросить, а построить операцию на основе той же самой психологии, о которой мы только что говорили.

— Не тяни. Что ты там еще накопал, пинкертон от КГБ?

— Насколько мне известно, сегодня ночью будут дежурить ребята Сейрана. Они приторговывают спиртным, порнолитературой и немного балуются анашой. И ночью, когда они охраняют этот кооператив, к ним обычно заходит на огонек местная шпана. Так вот, я предлагаю часа в два ночи нагрянуть туда, переодев нескольких наших оперов в форму милиционеров, и взять их, как говорится, с поличным. Обыскать, отобрать ключи и под предлогом выяснения, кто им это продал, посадить в машины и повозить по городу. Ровно столько, сколько необходимо, чтобы тщательно осмотреть этот гадюшник.