– Понятно, что воруют, – вздохнул Григорьев. – А кто? Каким образом?

– Это я выясню, – объявила я. – Надеюсь, вы понимаете, что ролью телохранителя я не ограничусь.

– Ну еще бы, за такие деньги…

– Вот именно… – улыбнулась я его понятливости и начала излагать основные аспекты своего метода работы телохранителем. Ну, того самого – с перевоплощениями.

– Здорово! – искренне оценил Григорьев, когда я закончила. – А я-то вас как узнаю? – поинтересовался он.

– А вам зачем? – удивилась я. – Вам и не надо меня узнавать. Вы – уж не обижайтесь на профессиональную терминологию – объект.

– Н-да… – протянул Александр Владимирович и осведомился: – А сегодня вы тоже будете того… перевоплощаться?

– Не исключено, – ответила я.

– А… аксессуары?

Я выразительно похлопала по своей сумочке. Там у меня был для перевоплощения грим. Одежду можно раздобыть на месте – есть простор для творческой мысли и вдохновения. А вот грим – это сложнее, это всегда с собой носить приходится.

Да, надо сказать, я и без одежды, при помощи одного только грима и пластики лица, могу настолько измениться, что меня не узнает даже моя тетушка Мила.

Григорьев покосился на мою довольно скромных размеров сумочку из настоящей, между прочим, крокодиловой кожи, но ставить под сомнение мои слова не стал.

Доверяет.

– А что, – осведомилась я, садясь поглубже в кресло и заводя ногу за ногу, – вы сегодня очень заняты, Александр Владимирович?

Григорьев несколько потупился – он, как того и следовало ожидать, опять меня не так понял.

– Вообще-то… не очень занят… Сегодня, – выговорил он.

– Вот и прекрасно! – обрадовалась я, – передайте, пожалуйста, секретарше, что, скажем, через полчаса вы отбудете на… деловую встречу. С важными бумагами отправитесь, с очень важными.

– А-а, – догадался Александр Владимирович, – на живца собираетесь ловить?

– Что-то вроде…

– Хорошо… Постойте! – вдруг приподнялся со стула Григорьев. – Вы что же, думаете, что… тот, кто крадет документы, как-то связан с моими сотрудниками?

– Наверняка, – уверенно ответила я, – две пропажи подряд, да еще такие, что даже малейших следов не осталось… Скорее всего кто-то из работников вашего банка… нехороший человек.

– Да, – после минутной паузы сказал Александр Владимирович, – ладно. И куда же мы пойдем? Ведь у меня никакая деловая встреча не назначена.

– Пойдете по улицам просто прогуляетесь. Не заходите только никуда.

– Я? А вы?

– А я… я рядом буду. Когда будет нужно, я подойду, – успокоила его я. – И, кстати, Александр Владимирович, прежде чем предупредить секретаршу о своей отлучке, вызовите, пожалуйста, к себе в кабинет уборщицу, – попросила я напоследок.

Ничего себе! Такого даже я с моим феноменальным жизненным опытом не ожидала. Уборщицы-то в банках, оказывается, одеваются получше… некоторых. Моей тети-пенсионерки, например.

А я-то рассчитывала экспроприировать какой-нибудь грязный халат и стоптанные башмаки!

Ну, ничего, вместо запланированной старухи придется маскироваться под этакую престарелую матрону, уборщица отдала таинственному Александру Владимировичу, так и не объяснившему ей – зачем, вполне приличное летнее пальтецо, приличное длинное темное платье, приличные коричневые туфли и даже роскошную широкополую шляпу.

Сама же уборщица осталась в приличном спецхалате. Ее одежду Григорьев часа через три обещал вернуть.

Я спустилась на первый этаж в уборную для сотрудников, закрылась там на полчаса и покинула «Булет-банк» через черный ход уже преображенной до полной неузнаваемости.

Григорьев прогуливался у проходной, покуривал, делал вид, очевидно, что обдумывает свою мифическую деловую встречу.

Меня он узнал по выдающейся шляпе, приоткрыл рот, всплеснул руками, но все же скоро от первого приступа удивления оправился, догадался посмотреть на часы и двинулся вперед по тротуару.

Я – за ним. Ковыляла старушечьей походкой, успевая вертеть головой, рассматривая витрины. По-моему, все старушки так делают, даже в таких замечательных шляпках, как у меня.

Первые минут десять-пятнадцать, пока я настраивалась на старушечий лад, все у нас шло гладко и спокойно – Григорьев шел не спеша, я держалась на несколько метров позади него, и прохожие уступали мне дорогу.

«Ничего на этот раз, – заметила я про себя, – никакой слежки, уж слежку-то я точно бы определила. Ничего, еще погуляем и вернемся. Завтра можно будет вторую такую вылазку произвести. А если уж и тогда… В таком случае, придется менять тактику».

Пройдя еще несколько десятков шагов, я заметила нечто неожиданное – ага, вот оно. Это уже интересно!