Он посмотрел Старбаку в глаза.

– Почему бы тебе сейчас не встать и не пойти со мной, Нат? Спаси свою душу, друг мой.

– Пригнись!

Адам рассмеялся в ответ на опасения Старбака.

– Я делаю Божье дело, Нат, так что Господь за мной присмотрит. Но ты? Ты лошадка другой масти, разве нет?
– он вытащил из кармана карандаш и что-то написал в библии Старбака, а потом бросил ее рядом с письмами.

– Несколько мгновений назад я рассказал отцу о том, что собираюсь сделать. Сказал, что исполняю волю Господа, но отец считает, что это всё твоя работа, а не Господа, ну и пусть так думает, правда?
– Адам кинул последний взгляд на склон мятежников, а потом повернулся в сторону янки.

– Прощай, Нат, - сказал он, взмахнув ярким флагом в теплом воздухе, и перебравшись через черное бревно побрел по колено в воде на другую сторону долины. Он потерял свои ботинки в глинистом дне ручья посередине болота, и шел в одних носках. Легкая хромота, вызванная пулей янки, которая попала в него при Манассасе, стала заметней, когда Адам начал взбираться на холм по ту сторону трясины.

– Он рехнулся!
– заявил Траслоу.

– Просто чертов идиот, - ответил Старбак.
– Адам!
– крикнул он, но тот лишь взмахнул ярким флагом и продолжал идти вперед. Старбак встал на колено и выпрямился.
– Адам! Вернись!
– выкрикнул он из-за поваленного дерева.

– Бога ради, Адам! Вернись!

Но Адам даже не обернулся, он просто взбирался вверх по поросшему лесом противоположному склону долины и исчез в том месте, где вывороченная земля обозначала окопы янки на вершине холма.

Исчезновение Адама разрушило чары, которые держали противников в напряжении. Кто-то выкрикнул приказ открыть огонь, и Старбак пригнулся за бревном ровно за секунду до того, как по всей долине засвистели и защелкали пули.

Дым потянулся среди листвы и над темной водой, между поваленными деревьеми и над мертвыми солдатами.

Старбак подобрал библию. Адам отметил страницу где-то посередине книги, и Старбак листал ее, чтобы найти послание друга.

Пули хлестали долину, пока он переходил от Псалтиря к Притчам и Песне Песней. А потом он нашел это, обведенный в кружок двенадцатый стих шестьдесят пятой главы книги Исайи [33] . Старбак прочитал его и внезапно ощутил холод, несмотря на стоящую в долине удушающую жару. Он быстро закрыл библию.

– Что там говорится?
– спросил Траслоу. Он заметил, как Старбак побледнел.

– Ничего, - отрезал тот и положил библию обратно в карман старого поношенного кителя, а потом надел его на себя.

Он опустил письма в карман и натянул через голову скатку с одеялом.

– Абсолютно ничего, - повторил он, подобрав винтовку и проверив, на месте ли капсюль.

– Давайте-ка прибьем нескольких чертовых янки, - сказал Старбак и зажмурился, потому что вся долина вдруг наполнилась грохотом убийств.

Грохотала артиллерия, трещали винтовки. Демонический крик мятежников разнесся над деревьями, и новый штурм погнал по долине серую массу. Еще одна пехотная бригада, прибывшая поддержать наступление, заняла левый фланг арканзасцев майора Хаксалла. Новоприбывшие во всю глотку завопили свой боевой клич, несясь вниз по склону.

Янки открыли ответный огонь, пламя от ружейных выстрелов клинками прорезало удлинившиеся тени. На дальней стороне долины грохотали пушки, выплевывая клубы едкого дыма.

Шрапнель орудий северян пробивала огромные бреши в рядах конфедератов, оставляя кровавые разводы на лесной подстилке. И все же люди в сером и коричневом продолжали идти. Они выбегали из леса, неслись по залитому кровью склону, и наконец вся долина оказалась заполнена вопящими солдатами, пробивающимися вперед, сквозь грязь и утонувших мертвецов.

Старбак встал:

– Легкая пехота! В атаку! За мной, бегом!

Ему было на всё плевать. Господь проклял его, предоставив потерянной душе скитаться во мраке. Перед ним висела дымовая завеса, озарявшияся вспышками выстрелов.

Старбак закричал. Это был не боевой клич мятежников, а просто крик человека, знавшего, что душа его навеки проклята. Он забежал в ручей, с усилием пробиваясь сквозь вязкую грязь.

Он увидел, как янки, укрывшийся в окопе, взял кого-то на прицел. И тут же стрелка отбросило назад выстрелом со стороны мятежников.

Еще один северянин выкарабкался из ямы и начал подниматься вверх. Старбак посмотрел мимо удирающего солдата и подумал, что, наверное, именно так выглядел Бэллс-Блафф для умирающих янки в тот день, когда он сам и другие мятежники выстроились на хребте и обрушивали смертоносный огонь на их беспомощные ряды.

– Вперед!
– закричал он.
– Убивайте ублюдков, вперед!
– и Старбак сам рванулся вперед по склону, карабкаясь по корням и через кустарник. Он пробежал мимо двух опустевших стрелковых окопов, и вдруг Нат уловил движение справа от себя. Бросив туда взгляд, он увидел еще один окоп, наполовину скрытый кустарником.