СУИНДОН (скандализованный).Тсс, сэр! Молчите!

СЕРЖАНТ (совершенно потрясенный, громовым голосом).Молчать!

БЭРГОЙН (невозмутимо). У вас, я вижу, свой особый взгляд. Мое положение не позволяет мне вдаваться в это; разве только в частном разговоре. Но, разумеется, мистер Андерсон (пожимает плечами),если вы твердо решили быть повешенным…

Джудит вздрагивает.

дальнейшие разговоры излишни. Своеобразный вкус однако!.. (Снова пожимает плечами.)

СУИНДОН (Бэргойну). Будем вызывать свидетелей!

РИЧАРД. К чему свидетели? Если б наши горожане прислушивались к моим словам, вы застали бы здесь баррикады на улицах, бойницы в каждом доме и жителей с оружием в руках, готовых до последнего человека защищать от вас свой город. Но, к сожалению, вы явились прежде, чем мы научились переходить от слов к делу; а теперь поздно.

СУИНДОН (строго).Отлично, сэр, мы дадим вам и вашим горожанам урок, который не скоро забудется. Имеете вы еще что-нибудь сказать?

РИЧАРД. Думаю, что у вас могло хватить совести поступить со мной как с военнопленным и расстрелять меня как человека, а не вешать как собаку.

БЭРГОЙН (сочувственно). О мистер Андерсон, извините меня, но это рассуждение штатского. Вам неизвестно, видимо, каков средний процент попаданий у стрелков армии его величества короля Георга Третьего. Знаете вы, что произойдет, если мы вышлем взвод солдат расстрелять вас? Половина даст промах, а остальные такого натворят, что офицеру военной полиции придется приканчивать вас из пистолета. Тогда как повесить вас мы можем с совершенным знанием дела и к полному вашему удовлетворению. (Дружелюбно.)Я вам от души советую быть повешенным, мистер Андерсон.

ДЖУДИТ (ей дурно от этих разговоров). Боже правый!

РИЧАРД (Джудит). Вы обещали! (Бэргойну.)Благодарю вас, генерал; об этой стороне дела я не подумал. Чтобы сделать вам приятное, я снимаю свои возражения относительно веревки. Настоятельно прошу повесить меня.

БЭРГОЙН (любезно).Двенадцать часов дня для вас удобно, мистер Андерсон?

РИЧАРД. Ровно в двенадцать я буду к вашим услугам, генерал.

БЭРГОЙН (поднимаясь). Джентльмены, вопрос исчерпан.

Все встают.

ДЖУДИТ (бросаясь к столу). Нет, нет, не может быть, чтоб вы послали человека на смерть вот так, даже без настоящего суда, даже не задумавшись над тем, что вы делаете, даже… (Она не может найти слов.)

РИЧАРД. Так-то вы держите обещание?

ДЖУДИТ. Если я должна молчать, говорите вы сами. Защищайтесь, спасите себя: скажите им правду.

РИЧАРД (с тревогой). Я уже достаточно наговорил им правды для того, чтобы меня повесили десять раз, а не один. Еще хоть слово, и вы навлечете опасность на других людей, а меня все равно не спасете.

БЭРГОЙН. Дорогая леди, наше единственное желание – по возможности избежать неприятностей. Неужели вам было бы легче, если бы мы затеяли здесь высокоторжественную возню с переодеванием моего друга Суиндона в черную мантию и так далее? Я лично считаю, что все мы должны быть благодарны вашему мужу за проявленный им такт и благоразумие джентльмена…

ДЖУДИТ (бросая слова ему в лицо). Вы сумасшедший! Неужели вам нипочем любое преступление, лишь бы только все было сделано по-джентльменски? Неужели вам нипочем убить человека, если только, убивая, вы облачены в красный мундир? (В исступлении.)Вы не повесите этого человека! Это не мой муж.

Офицеры переглядываются и начинают шептаться; немцы спрашивают соседей, что такое сказала эта женщина. Бэргойн, на которого явно подействовал страстный упрек Джудит, сразу же приходит в себя при этом новом и неожиданном обороте дела Ричард тем временем возвышает голос, стараясь перекрыть общий шум.

РИЧАРД. Джентльмены, прошу вас положить этому конец. Она никак не поверит, что меня невозможно спасти. Объявите судебное заседание закрытым.

БЭРГОЙН (голосом настолько спокойным и твердым, что при звуке его тотчас же водворяется тишина).Одну минуту, джентльмены. (Садится на прежнее место. Суиндон и офицеры следуют его примеру.)Сударыня, я хотел бы точнее понять ваши слова. Означают ли они, что этот джентльмен не ваш муж, или же только – как бы это выразиться поделикатнее, – что вы ему не жена?