КЛЕОПАТРА (она больше не в силах сдерживаться).Но это ложь! Ложь! Я клянусь!

ЦЕЗАРЬ. Это правда, хотя бы ты клялась тысячу раз и верила тому, в чем клянешься.

Клеопатра уже не владеет собой, лицо ее судорожно передергивается.

(Желая загородить ее, Цезарь встает и обращается к Потину и Руфию.)Идем, Руфий, проводим Потина мимо стражи. Мне нужно сказать ему несколько слов. (Тихо.)Нужно дать царице время овладеть собой. (Громко.)Идем. (Уводит Потина и Руфия, беседуя с ними по дороге.)Скажи друзьям твоим, Потин, пусть они не думают, что я противник того, чтобы разумно уладить дела в стране…

Они уходят, и конца фразы не слышно.

КЛЕОПАТРА (сдавленным шепотом).Фтататита, Фтататита!

ФТАТАТИТА (бросается к ней и успокаивает ее). Успокойся, дитя, не расстраивайся…

КЛЕОПАТРА (прерывает ее).Нас кто-нибудь слышит?

ФТАТАТИТА. Нет, голубка, говори.

КЛЕОПАТРА. Слушай меня. Если он выйдет из дворца, не показывайся мне на глаза!

ФТАТАТИТА. Он? По…

КЛЕОПАТРА (бьет ее по губам).Убей его так, как я убила имя его на устах твоих. Сбрось его со стены, пусть разобьется о камни! Убей, убей, убей его!

ФТАТАТИТА (оскаливаясь).Смерть собаке!

КЛЕОПАТРА. Если ты не сделаешь этого, скройся с глаз моих навеки!

ФТАТАТИТА (решительно).Да будет так! Ты не увидишь лица моего, пока глаза его не оденет мрак.

Возвращается Цезарь с изысканно разодетым Аполлодором и Руфием.

КЛЕОПАТРА (Фтататите). Возвращайся скорей, скорей!

Фтататита на секунду устремляет на свою повелительницу понимающий взгляд, затем мрачно проходит мимо Ра и скрывается. Клеопатра, словно газель, стремительно бросается к Цезарю.

Так ты вернулся ко мне, Цезарь? (Ластясь кинему.)А я думала, ты рассердился. Добро пожаловать, Аполлодор! (Протягивает ему руку для поцелуя, другой рукой обнимает Цезаря.)

АПОЛЛОДОР. Клеопатра изо дня в день становится все более и более женственно-прекрасной.

КЛЕОПАТРА. Правда, Аполлодор?

АПОЛЛОДОР. О нет! Это еще далеко от правды. Друг Руфий бросил в море жемчужину – Цезарь выудил драгоценный алмаз.

ЦЕЗАРЬ. Цезарь выудил ревматизм, друг мой. Идемте обедать. Обедать!

Идут к столу.

КЛЕОПАТРА (прыгая, словно козочка).Да, да, обедать. Какой обед я заказала для тебя, Цезарь!

ЦЕЗАРЬ. Да? Чем же ты угостишь нас?

КЛЕОПАТРА. Павлиньими мозгами…

ЦЕЗАРЬ (делая вид, точно у него слюнки текут).Павлиньи мозги, Аполлодор!

АПОЛЛОДОР. Это не для меня. Я предпочитаю соловьиные языки. (Подходит к столу и занимает место за одним из приборов, которые накрыты рядом.)

КЛЕОПАТРА. Жареный вепрь, Руфий!

РУФИЙ (облизываясь).Превосходно! (Занимает место рядом с Аполлодором, слева.)

ЦЕЗАРЬ (глядя на свое место, в конце стола, по левую руку от Ра). А где же моя кожаная подушка?

КЛЕОПАТРА (с другого конца стола). Я велела сделать тебе новые.

ДВОРЕЦКИЙ. Эти подушки, Цезарь, из тончайшего мальтийского шелка, и набиты они розовыми лепестками.

ЦЕЗАРЬ. Розовыми лепестками? Разве я гусеница? (Сбрасывает подушки и усаживается на кожаную подстилку.)

КЛЕОПАТРА. Как не стыдно! Мои новые подушки!

ДВОРЕЦКИЙ (склонившись у локтя Цезаря). Что прикажешь подать себе, Цезарь, дабы возбудить аппетит?

ЦЕЗАРЬ. А что есть у тебя?

ДВОРЕЦКИЙ. Морские ежи, белые и черные морские жолуди, морская крапива, лесные жаворонки, багрянки…

ЦЕЗАРЬ. А устрицы?

ДВОРЕЦКИЙ. Конечно, есть и устрицы, Цезарь.

ЦЕЗАРЬ. Британские устрицы?

ДВОРЕЦКИЙ. Британские устрицы, Цезарь.

ЦЕЗАРЬ. Тогда – устриц.

Дворецкий, выслушав распоряжение, всякий раз делает знак рабу, и тот исчезает, чтобы привести его в исполнение.

Я был когда-то в Британии, в этой легендарной западной стране. Это последний клочок суши на краю океана, омывающего мир. Я отправился туда на поиски их прославленных жемчужин. Но британские жемчужины оказались басней. Однако, разыскивая их, я нашел британские устрицы.

АПОЛЛОДОР. Потомство благословит тебя за это. (Дворецкому.)Мне – морских ежей!