Роуз она обнаружила в утренней гостиной, где та, подобно рыжеволосому херувиму, прилежно перебирала струны арфы, в то время как сестра лежала на оттоманке в предосудительно вольной позе.

– Как хорошо, что ты пришла! – воскликнула Оливия, едва Дафна успела открыть дверь. – Роуз уже вспомнила все до единой известные пьесы. Нам ужасно скучно. Поиграй, пожалуйста, на фортепиано.

– Да, будь добра, – с заметным облегчением поддержала сестру Роуз и поспешила встать из-за инструмента.

– С удовольствием, – отозвалась Дафна и принялась просматривать стопку нот. В тяжкие минуты ожидания и неизвестности годилось любое развлечение.

– С удовольствием послушаю печальную и трогательную балладу, – объявила Оливия и картинно прикрыла глаза ладонью.

– Надеюсь, ничего плохого не случилось? – Дафна озабоченно взглянула на расстроенную подругу. – Что произошло вчера между тобой и мистером Авериллом?

– Ничего. – Оливия вскочила с оттоманки и принялась мерить комнату быстрыми шагами. – Ничего! Понимаешь, в этом-то и заключается проблема. Почти половину жизни я жду… чего-то! Но ничего не происходит. – Она шлепнулась на прежнее место и с досадой метнула в пространство подушку, едва не попав при этом в вазу с желтыми тюльпанами.

Дафна многозначительно взглянула на Роуз и опустилась на банкетку возле рояля. Нет, печальная баллада не подойдет; ее прекрасно заменит один из любимых шотландских танцев матушки.

– Надеюсь, вот это тебя развеселит. – Зазвучала живая, озорная мелодия, и, несмотря на упорные попытки продлить меланхолию, скоро Оливия бодро топала в такт музыке.

С каждой следующей пьесой настроение страдалицы заметно улучшалось, в то время как Дафна с трудом скрывала волнение.

Лорд Фоксберн совсем не походил на человека, способного отказаться от своего слова, однако его вполне могли задержать объективные обстоятельства. Именно поэтому мисс Ханикот не видела смысла устраивать в доме суматоху по поводу возможного визита.

Преувеличивать важность события не следовало: граф вовсе не собирался за ней ухаживать. Оставалось лишь надеяться, что невестки не истолкуют его появление неправильно. Особенной склонностью к драматизму отличалась Оливия. Роуз, конечно, держалась значительно спокойнее, но тоже смотрела на мир сквозь плотную романтическую вуаль. Дафна обожала подруг и очень боялась их разочаровать.

Она как раз собиралась предложить партию в шахматы, когда в дверях появился Деннисон.

– Лорд Фоксберн ожидает вашего общества. – Голос дворецкого звучал с обычным спокойствием, однако приподнятые кустистые белые брови свидетельствовали об удивлении.

Оливия судорожно вздохнула и, не обращаясь ни к кому конкретно, воскликнула:

– Вот это да! Красавец, герой войны – и в нашей гостиной. Что бы это значило? Граф совсем не похож на любителя светских визитов.

Роуз пожала худенькими плечами.

– Мужчина – это не остров.

– Наверное. – Оливия склонила голову и начала наматывать на палец темный локон. – Но если продолжить сравнение, то я бы сказала, что лорд Фоксберн – полуостров, соединенный с большой землей лишь узкой полоской суши. Даже ты не станешь отрицать, что он ни на кого не похож. Разве когда-нибудь случалось, чтобы граф купил офицерский чин в британской армии? Если бы он был вторым сыном и неожиданно получил наследство, еще можно было бы понять, но…

– Уверена, что для такого поступка существовали веские причины, – возразила Роуз. – А что касается цели нынешнего визита, то скорее всего нашему гостю угодно познакомиться кое с кем поближе. – Она выразительно взглянула на Дафну, и та почувствовала, как сердце оторвалось и покатилось в пропасть. Все: со спокойствием и невозмутимостью покончено.

– Со мной? Не думаю, что между нами существует что-то общее. Однако граф всегда ведет себя загадочно, верно? Говорит мало, но смотрит так пристально и проницательно, что, кажется, видит насквозь и читает мысли.

– Вот именно, – подтвердила Оливия. – Надеюсь, вчера за обедом он прочел мои мысли. Я как раз горько сожалела о том, что титул и внешняя привлекательность достались человеку с дурными манерами.

– Оливия! – Роуз укоризненно покачала головой. – Не забывай, что лорд Фоксберн много страдал. Пойдемте, нехорошо заставлять человека ждать.

По дороге в гостиную Дафна пыталась унять трепет непослушного сердца и трусливую дрожь в руках. Хорошо, что рядом оставались Роуз и Оливия. Хотя граф и собирался поговорить наедине, достаточной храбрости Дафна пока не ощущала.

Роуз вошла в гостиную первой и вежливо поздоровалась с гостем.

Граф встал с кресла, выпрямился и сразу оказался на голову выше каждой из трех молодых дам. Галантно поклонился и со спокойным достоинством произнес положенные по этикету дежурные фразы:

– Добрый день, леди. Надеюсь, герцогиня хорошо себя чувствует? – При этом он сосредоточенно посмотрел на мисс Ханикот. Дафна с трудом подавила желание изучить узор на ковре.

– Сестра чувствует себя прекрасно. Спасибо за заботу. – Вряд ли вопрос действительно отражал искреннюю заинтересованность. Скорее всего граф был рад отсутствию Беллы – одним ненужным свидетелем меньше.