В том коридоре не было камер, только одна закрытая дверь. Клэр возилась с ключами. Ее руки дрожали от адреналина, а в голове тикали часы. Те, кого они усыпили, скоро проснутся; они будут слабыми и непрочно стоять на ногах, вероятно, с головными болями как от похмелья, но их время определенно истекло, пока они искали Майкла и остальных.

Конечно же, нужный ключ оказался предпоследним в связке. Она толкнула дверь, перешагнула, и ей пришлось удерживать тяжелую металлическую плиту, потому что она была под автоматическим пневматическим давлением для герметизации. Ева была только на полпути. Толстая сталь могла бы переломать ей кости, если бы врезалась в нее.

Ева протиснулась, и Клэр отпустила дверь; дверь с шипением закрылась и автоматически заблокировалась. Они были в небольшой прихожей, здесь была еще одна дверь. Еще один замок.

 - Быстрее, - сказала Ева. Она посмотрела на глухие стены, а затем вверх на небольшой стеклянный полукруг, установленный над ними. Ее лицо ожесточилось.
– Они могут наблюдать за нами.

– Вот дерьмо, - прошептала Клэр. Она снова перебирала ключи, почти в бешенстве, и нашла тот, который подходит. Он повернулся.

Дверь открылась в комнату, которая была зеркальным отражением той, где они нашли мертвых, брошенных вампиров - те, кто потерпел неудачу в их преобразовании обратно в человека. То был наскоро сделанный морг.

Здесь же была яркая, чистая, хорошо оборудованная лаборатория в комплекте со стеклянными дверцами шкафов и стоек, местом для получения смесей, холодильниками... и здесь было примерно столько же столов, и на них лежали вампиры.

Разница в том, что эти вампиры все еще живы, по крайней мере сейчас.

Взгляд Клэр прошелся по ряду и остановился на растрепанных светлых волосах.

 - Там!
– крикнула она Еве, и обе побежали... но им пришлось остановиться, потому что у них на пути вышли два охранника. Это были офицеры полиции, в синей морганвилльской форме, со значками Дневных на воротниках. Клэр узнала одну из них - офицер Холлинг, женщина, которая нашла тело в Стеклянном Доме.

Офицер Холлинг расстегнула кобуру и положила руку на приклад ее пистолета.

Ева не колебалась; она рванула вперед с тазером, но, к сожалению для нее, партнер Холлинг был быстрым, и он схватил Еву за руку и сильно дернул, заставляя тазер выпасть из ее руки и откатиться по полу. Холлинг проигнорировала Еву и сосредоточила свое холодный взгляд на Клэр.

Клэр вытащила скальпель из картонных ножен, но не нападала. Вместо этого она побежала в противоположном направлении, к самой последней кровати. Она видела там знакомое лицо.

Оливер.

Его руки и ноги были привязаны какими-то посеребренными лямками, в руке игла. Его кожа выглядела меловой, но несмотря на это руки выглядели жилистыми и сильными, а широкая грудь мускулистой.

Его глаза были открыты. Он поднял голову, чтобы посмотреть на нее, и глаза у него были дикими, красного оттенка. Он не говорил.

Клэр сорвала с его руки внутривенную трубку и скальпелем стала резать удерживающие его лямки. Это было тяжело, и край довольно быстро притупился, но ей удалось освободить одну руку.

Оливер сделал все остальное. Он перевернулся на бок и разорвал посеребренные ремни, хотя от этого его пальцы горели и были в порезах, а затем он сел и начал рвать материал на его лодыжках.

Стеклянная стойка позади Клэр разлетелась от выстрела, она подняла глаза и увидела, как Холлинг снова целится. На этот раз она не сделает предупредительный выстрел.

– Стой!
– крикнула Холлинг.
– Брось нож!

Клэр бросила скальпель, и он с музыкальным звоном ударился о кафельный пол, но Холлнг выбрала неправильную цель. Может быть, она думала, что Оливер будет дольше занят, высвобождаясь или восстанавливаясь, но она ошиблась.

Смертельно ошиблась.

Оливер превратился в расплывчатое пятно и остановился с ее пистолетом в одной руке и горлом в другой. Клэр закрыла глаза, потому что она не хотела этого видеть, но она услышала треск ломающихся костей... и когда она была в состоянии снова смотреть, Холлинг была на полу. К удивлению не мертвая, но ее рука была под совершенно неправильным углом, она прижимала ее к груди. Она выглядела дезориентированной от шока.

Не останавливаясь, Оливер повернулся к другому полицейскому, который держал Еву. Он повернулся боком - элегантное и странно старомодное движение - держа конфискованный пистолет Холлинг, и сказал:

– Я не даю второго шанса. Это твое первое и единственное предупреждение. Бросай оружие и отпусти девушку.

Это было почти как если бы он был... на дуэли. Он даже положил свою левую руку за спину, согнув в локте.

А потом была дуэль, потому что коп бросил Еву, выпрямился и вытащил свой пистолет. Это был быстрый розыгрыш, так же быстро, как Клэр видела в старых вестернах... но было слишком медленно, даже тогда.