Которая развернула его, прочитала и завизжала в таком диапазоне, что только дельфины могли ее услышать, и в спешке практически свалила ноутбук Клэр со стола, пока обнимала ее.

– Погодите-ка, я что, опоздал на оргию?
– спросил Шейн, проходя через кухонную дверь и держа две Колы.
– Я не получал приглашение. Ненавижу медленный интернет.

– Заткнись, - сказала Ева. Она осторожно вытерла глаза, так как у нее был очень экстремальный макияж, и обняла и его тоже, прежде чем у него появился шанс поставить бутылки.
– Почему ты не сказал мне?

– Эээ... Я упоминал медленный интернет? Подожди, что?

Ева помахала перед его лицом разрешением на брак, и он быстро взглянул на Клэр, а потом сказал:

– Потому что вы были по колено в болоте с документами. У нас это заняло около часа. Я не хотел показывать его потому, что ты вся покрываешься пятнами, когда нервничаешь.

– Идиот, - сказала Ева и поцеловала его в щеку. Затем поцеловала Клэр.
– Теперь я вся в пятнах.

– Даже не сказал бы, - ответил он и наконец-то поставил колу.
– Из-за всех этих слоев шпаклевки на твоем лице.

– Приятно знать, что, находясь на грани потери своей свободы, ты таки не потерял ничего от своего несовершеннолетия.

– Извини, ты все еще одеваешься, как Кукла - Живой мертвец, и кто именно...

– Эй, - сказала Клэр и протянула обе руки, чтобы остановить их.
– Я люблю вас обоих.

– Да начнется оргия, - сказал Шейн.
– Кто принес такос?

– Майкл.

– И оставил их без присмотра? Какой дурак.
– Шейн схватил два из пакета вместе с бумажной тарелкой и положил их на нее.
– Мне больше достанется.

Когда он сделал первый укус, по лестнице спустился Майкл с гитарой в руках и положил свой инструмент в кресло прежде, чем не глядя сказал:

 - Тебе бы лучше не быть с моими такос, братан.

– Они больше не твои, - пробормотал Шейн с набитым ртом.
– Расслабься. Там еще полный пакет.

Майкл быстро поцеловал Еву по пути к столу, разобрал такос на три порции и занял свое место.

 - Я слышал визг. Что я пропустил?

– Разрешения на брак, - сказала Ева, показывая их. Когда он потянулся за ними, она шлепнула его по руке.
– Нет, ни за что. У тебя жирные руки.

– Ты действительно собираешься выйти замуж за этого вора такос?
– сказал Майкл, покачав головой.
– Я разочарован.

– Эй, парень, - запротестовал Шейн. Он взял острый соус, когда Майкл потянулся за ним, а затем бросил в его сторону. Майкл поймал его с такой скоростью, будто до сих пор был вампиром.
– Итак, когда повтор?

– Повтор?

– Как ты называешь, когда второй раз незаконно женишься?

– Извини, но это настоящее замужество, - сказала Ева, шлепнув его по руке, когда он попытался стащить еще один тако себе на тарелку. Он в любом случае взял его.
– Когда ваша?

– Хм...
– Он прожевал, проглотил и пожал плечами.
– На самом деле я собирался поговорить об этом с вами. О возможности...

– Сделать это вместе?

– Мы вернулись к разговору об оргии? Потому что я...

– Боже, побудь серьезным хоть секунду, - сказала Ева, закатив глаза.
– Клэр?

– Мне бы понравилось сделать наши свадьбы совместными, - сказала она.
– Если вы согласны.

– Пока Шейн не отдаст мне тако, которое стащил с моей тарелки.

Шейн торжественно положил его обратно. Все они смотрели друг на друга, затем Майкл взял руку Евы, затем Шейна, а Шейн взял Клэр, Клэр взяла руку Евы...

... и это было слегка похоже на молитву, и слегка на объятия, и очень по-домашнему.

– Итак, - сказал Шейн после тишины, которая затянулась.
– Такос или оргия?

– Такос, - сказали они все вместе.

– Я знал, что вы так скажете.

***

Так или иначе, Клэр не ожидала, что будет так страшно.

Она встречалась лицом к лицу с людьми, вампирами и драугами. Она регулярно делала вещи, которые большинство людей не увидят за всю жизнь, никогда не будут иметь с этим дело. И да, время от времени она чувствовала страх, даже ужас...

Но не так.

– Дыши, - посоветовала ей Ева и слегка затянула платье. Оно слишком плотно обтягивало ее в теплом воздухе церковной гардеробной. Клэр боялась, что упадет в обморок, если попытается двигаться. Девушка в зеркале была кем-то другой в длинном белом платье из атласа, с высокой талией и вышитым бисером лифом, благодаря чему она казалась выше и величественнее, оно придавало ей изгибы. Длинный каскад ткани спускался от спины почти до самого пола. Вместе с этим на ней было причудливое ожерелье и искрящийся браслет (оба без сомнения были одолжены из богатой коллекции Амелии), а волосы были закреплены сверкающими шпильками, она чувствовала себя принцессой.