Он схватил ее за руку и повел по коридору. Ева помахала остальным, и весь готский макияж в мире не смог бы скрыть румянец на ее щеках.

– Нам пора, - сказала Миранда Дженне очень деловым тоном.
– Потому что им становится странно, что я здесь, когда они, ну ты знаешь.

– Я тут подумала, что, может быть, стоит сделать тебе спальню в моем доме, - ответила Дженна.
– У меня есть свободная комната. Тебе необходимо приходить сюда, чтобы поддерживать связь, но помни, тебе рады в любое время.

Глаза Миранды расширились, и она выглядела такой живой и полной надежды, что Клэр почти больно было на нее смотреть. После всех ее страданий дела начали налаживаться.

 - Да, звучит здорово, - наконец сказала она, и ей удалось это сделать с подростковым равнодушием, хотя это точно было не так.
– Я могу взять свои постеры?

– Конечно. Я люблю постеры.
– Дженна улыбнулась ей с искренней теплотой и проводила ее к двери.
– С тобой все будет хорошо, пока мы не вернемся домой? Не чувствуешь себя слишком слабой?

– Нет, - голос Миранды удалялся, пока они шли через разрушенную лужайку.
– Дом счастлив. Я чувствую себя сильной.

Шейн обнял Клэр сзади и поцеловал ее за ухом, место, которое, как он знал, заставит ее задрожать.

 - Хммм, будет свадьба. Что думаешь?
– спросил он ее.

– Ты имеешь в виду свадьбу Евы и Майкла?

– Да. И нет.

Она повернулась в его руках и посмотрела ему в глаза. Чувство, будто она падает, падает и падает, но было нестрашно, вообще. Оно превращается в чувство полета. Свободы. Возможностей.

Она сделала глубокий вдох и сказала:

– Да.

***

Ничто из этого не произошло мгновенно. Не получилось, так как даже при том, что Фэллона взяли под стражу, а вампиров выпустили из заточения, были некоторые... трудности. Конечно же. В Морганвилле без них нельзя было обойтись.

– Я чертовски ненавижу политиков, - вздохнула Ева, бросила свою сумочку в форме гроба на кухонный стол и опустилась на стул рядом с Клэр, которая сидела в интернете на своем ноутбуке.

– Как там мэр?

Ева посмотрела на нее. Затем закатила глаза.

– Мэр Рэмос уходит в отставку. Говорит, что не может состоять в совете вместе с вампирами. Думаю, это можно было предвидеть, не так ли? Я ждала около двух часов, чтобы увидеться с ней, а потом она сказала мне, что не может помочь исправить ту ерунду с моим свидетельством о браке. Я имею ввиду, насколько сложно может быть выйти замуж, развестись не по собственной воле и снова выйти замуж? Они не хотят, чтобы я была счастлива? Не отвечай на это.

Клэр не стала. Старые, горькие порядки Морганвилля не исчезнут никогда; с возвращением вампиров если и не вернулся общий настрой, некоторые люди все еще обвиняли Еву в том, что она действовала не по правилам. Если под правилами они подразумевают что-то ужасно неправильное, то Клэр полагает, что они правы. Она обнаружила, что не против того, что некоторые рассматривают их фактически как злодеев после всего, так как у людей, которые ее упрекали, как правило в жизни было много разного дерьма, за которое кто-то должен отвечать.

– Итак, пока еще нет даты?

В ответ Ева положила перед ней на клавиатуру бумагу. Клэр посмотрела вверх, потом вниз на документ. Он выглядел официальным, все правильно.

– Я этого не говорила, - сказала Ева и медленно с восторгом улыбнулась.
– Я получила аннулирование от Амелии. Плюс, Рэмос очистила свой стол и вошедший мэр сказал, что тоже поставит вторую печать в своем офисе.

– Чарли Кентворф? Серьезно?
– Прошла очень быстрая двухдневная выборная кампания, после которой в кресле мэра неожиданно появился офицер Кентворф, что было очевидным выбором. Тем более что его единственным противником, переделавшим свой агитационный материал после неудачной попытки, была Моника Моррелл. Она собрала около пяти процентов голосов, в основном из-за демографической иронии, но все еще была полна решимости добраться до власти. Она говорила о покупке старого здания Дневных - теперь прочно запертого - и превращении его в собачий приют. Шейн полагал, что это странно веселая необходимость.

– Он порядочный парень, когда не находит в твоем доме труп, - сказала Ева.
– Говоря об этом, я больше никогда не зайду в подвал.

– Там стиралка.

– Тогда стиркой занимаешься ты.

– Эй!
– Клэр пихнула ее, и Ева пихнула в ответ.
– Так... что насчет даты?

– Мы думали в следующую субботу. Ты занята?

– Возможно, - сказала Клэр. Она достаточно хорошо держала выражение своего лица невозмутимым, пока Ева выглядела подавленной, а затем полезла в рюкзак и вытащила еще один листок бумаги, который положила перед Евой.