Шрифт:
– А я купила тебе подарок.
– Какой?
– Придёшь – увидишь.
– На какие шиши?
Я знал, что в ящике стенки, куда бросал деньги, осталось только на пару дней до получки.
– Получила стипу.
– Вам ещё и платят?
– искренне удивился я.
– Мы же вундеркинды. Не теряй меня, сегодня задержусь, пойду вечером к подруге зубрить алгебру!
– Тогда я тоже вечером поработаю.
На моём столе скопилась приличная куча бумаг, работу я забросил совсем, надо было «разгребать».
IX
Пришёл поздно, часов в десять. Но Ларисы ещё не было. Над столом висело новое овальное зеркало, вместо прежнего прямоугольного. Тёплое чувство нежности к девочке обняло меня.
– Любит, любит, - шептал я.
Однако за окном смеркалось, а её всё не было. Я проглотил стакан бюракана, пища в горло не лезла, и вышел на улицу.
– Где искать Ларису? – думал я, бросая одну сигарету за другой.
– На её квартире? Бесполезно. Связка ключей брошена на тумбочку рядом с телефоном.
Всё-таки я вернулся за ключами и дошёл до квартиры девушки в последнем доме на краю города. Но там никого не было.
– Что случилось? Уже скоро двенадцать.
Наш город выстроен в лесу, от моего дома он зеленеет через дорогу, и по всем кварталам тоже разбросаны не вырубленные деревья.
Я перешёл через автобан и пошёл по асфальтовой дорожке вдоль леса.
Вдруг, я вспомнил про Виктора:
– Она там! Он же здесь рядом живёт!
Лихорадочно ускорил шаг. Почудилось: Лариса где–то рядом! Напряжённо всмотрелся в глубину леса. Послышалось всхлипывание, я узнал родной голос и увидел белевшую в темноте шагающую девушку.
Она совершенно обнажена и спотыкается о корни деревьев, еле сохраняя равновесие высокой фигуры. Я подбегаю к голой подруге, она падает мне на грудь и рыдает. Её ротик источает неповторимый аромат рижского бальзама. Без сомнения идёт от Виктора – в городе этот напиток не продаётся.
– Что случилось?
– Пойдём домой, я замёрзла!
Девушку на самом деле трясёт, ночь слишком прохладна для обнажённого тела. Я снимаю с себя и одеваю, на Ларису свитер, она, с длинными ногами, кажется наряженной в мини-платье.
Пострадавшая рыдает до самой квартиры, и дома, залпом захлёстнув полный стакан бюракана, всхлипывает вновь:
– Я думала – как пойду голая по городу!
– Ты была у Виктора?
– Да, у этой сволочи.
– Ты же не хотела встречаться с ним!
– Он позвонил мне и слабым голосом попросил прийти – тяжело болен.
– Сыграл на жалость?
– Конечно. Здоров как бык.
– Что потом?
– Стандартная программа: выпивка, приставание.
– Разве можно оставаться одной с мужчиной и пить? Он явно расценит, что девушка пришла трахнуться!
– Я такая дура! – плачет Лариса.
Молчу. Она цепко ловит мой взгляд:
– Не думай, ничего не было. Я тебя люблю!
Не мешаю ей высказаться.
– Он пытался взять меня силой, не вышло, я тоже сильная. Тогда он изодрал моё платье и трусы и вытолкнул на площадку. Думал, что попрошусь назад от стыда идти голой, но я сбежала и проскочила в лес.
Я подымаюсь со свирепым видом.
– Ты куда?
– Пойду бить ему рожу!
– Не надо, не надо, милый! – вцепляется Лариса в меня, - не сегодня, мне страшно оставаться одной!
– Ладно, куда он денется, - думаю я, в глазах красавицы ужас. Вдруг, сознание отмечает, что мстить Виктору хочется больше не за то, что он надругался над девушкой, а за то, что предал нашу мужскую дружбу.
– Господи, какие мы все эгоисты, – вздыхаю я.