Судя по всему, самовосстановление обшивки так и не наладилось, потому что дыра визуально не стала меньше. На палубе меня ждал немалых размеров агрегат и уложенные в пластиковый пакет шесть батарей к «дракончику». Распихав по слотам две батареи и заменив разряженную в аппарате, я стал размышлять, куда бы пристроить оставшиеся три. Ничего не решив, я собрал все батареи в пакет и оставил их – руки разведчика для всяких неожиданностей должны оставаться свободными.

Зачистку отсека с «голубыми огоньками» я закончил через двадцать минут, еще десять потратил на пунктуальную проверку всех контейнеров. Симулянтов на удивление оказалось довольно много. И лишь два из отказавшихся открыться при зачистке с помощью лазерных импульсов, не устоявших перед моим под завязку набитым энергией телом. Ломать целую армию не открывшихся брусков я не стал, скорее всего, всемогущее время уже само поработало над ними, окончательно упокоив.

К концу мероприятия все батареи сели, а последние два ряда я подчистил с помощью встроенных лазеров моей брони. В душе поселилась легкость и спокойствие. Осмотрев ряды темных и теперь уже мертвых контейнеров, я двинулся к выходу.

– Как дела на корабле? – спросил я.

– Почти закончили замену вышедших из строя дублирующих систем, – ответил Краппс. – У тебя как?

– Произвел зачистку инкубатора уродцев, – сказал я, немного переживая за реакцию Краппса.

– Еще одного там нет? – зло спросил Краппс. – Я бы тоже поучаствовал.

– Если найду – приглашу, – улыбнулся я с облегчением.

Оставив собранный Краппсом и Анной агрегат ждать своего часа, я налегке отправился в другую сторону корабля чужаков, где мы изначально намеревались найти двигатели или же энергоустановку. Вопреки опасениям двигательный отсек оказался на месте. Обойдя помещение по кругу, я вышел, ибо знатоком в этой области себя никогда не считал. Изучение карты брони выявило несколько возможных мест расположения энергоустановки и ходовой рубки. Энергоустановка попалась почти в рассчитанном месте. Удивлению моему не было предела, когда стало понятно, что корабль вполне обеспечен энергией. В отсеке пылали шесть тускло-зеленых мини солнц. Произведя с помощью Краппса кое-какие манипуляции на объединенном пульте, мне удалось найти цепи управления реакторами. И мы без труда смогли пробудить одну из энергоустановок. Не знаю, за чем стало дело, но корабль явно не страдал от отсутствия топлива. Снова вернув активность установки до дежурного уровня, я отправился на поиски компьютерного блока и ходовой рубки.

По пути меня начала преследовать какая-то прячущаяся на периферии сознания мысль. Так обычно случалось всегда, когда по какой-то причине оказывалось упущено что-то важное. На этот раз что-то важное было связано с заглушенным реактором на этом корабле.

– Что же мешало «голубым огонькам» питаться энергией реакторов, – думал я. – Они же не могли забыть, как запускаются реакторы. Почему вообще они заглушили энергетическую установку?

Что-то казалось в этой ситуации нелогичным. Я совершенно не сомневался, что эти голубые «головастики» и являлись хозяевами корабля. Фактически космолет не имел каких-либо следов вторжения, кроме дыры в борту. Внутри корабля не наблюдалось никакого хаоса, как будто хозяева в один прекрасный момент просто решили залечь в спячку, при этом заглушив энергетическую установку корабля. А дыра в борту появилась значительно позднее, когда весь экипаж уже глубоко спал.

– Где же тут зарыт покойник? – спросил я сам себя вслух. – Что же вы не хотите мне сказать?

Ходовая рубка оказалась двумя уровнями выше, как раз над отсеком с «инкубаторами». Стоя перед очередной дверью, я не задумывался, куда попаду. Но, судя по размерам, за такой дверью должно располагаться что-то большое и важное. Проверив уровень батарей брони, я сменил батарею в «дракончике» и приготовился к взлому дверей. Но, видимо, из-за того, что дыра в обшивке оказалась очень далеко, а, следовательно, и падение давления оказалось не слишком большим, двери с готовностью открылись по моему стандартному пинку. За дверями просматривался довольно большой отсек, дальняя стена которого матово отражала свет. По боковым стенам зала тянулись приборные панели, и одна из них очень походила на ту, что я видел в отсеке энергоустановки. От прохода, сходясь к центру зала, шли еще два ряда приборных панелей высотой чуть выше полутора метров. Не обнаружив даже следов кресел, я решил, что попал в очередной непонятный зал для непонятных занятий иномирян.

Пройдясь между рядами мертвых приборных панелей, я обратил внимание на два цилиндра, очень похожих на цилиндры из хранилища «пальчиковых батареек». Оба цилиндра стояли у торца сходящихся чуть дальше центра зала приборных панелей. Я обошел цилиндры и, потрогав, убедился, что они закрыты. Ломать цилиндр, зная наперед, что у него внутри, смысла не имело, и я направился к панели, похожей на панель управления энергетической установкой, даже не обратив внимания на тихие всхлипы позади меня. Броня подала сигнал тревоги лёгким холодком, пробежавшимся вдоль спины, и на периферии зрения возникли несколько красных маркеров. Глянув на их расположение, я резко повернулся.

Из раскрывшихся цилиндров уже выпорхнуло три «голубых огонька», и исходящее от «батареек» свечение обещало скорое пополнение. Светляки порхали метрах в двадцати от меня, по этой причине я погасил прожектора и приготовил к бою свое оружие. Отсек наполняла атмосфера, поэтому внутри было относительно тепло, внешний датчик моей брони показывал минус пять градусов по Цельсию. Впрочем, ожидание не затянулось, «голубые огоньки», провисев с полторы минуты, стали опускаться к цилиндрам. Дальше случилось странное событие: один огонек скрылся в цилиндре, а два других, похоже, попытались залезть в одну и ту же нишу. Началась распря. Не знаю, в чем случилась проблема, но «светляки» устроили настоящий поединок. Пытаясь друг друга потушить, «голубые огоньки» опутались тоненькими практически белыми светящимися жгутиками и устроили странный танец вокруг цилиндра. Через пару минут один из «светляков» несколько раз мигнул и начал осыпаться уже знакомыми мне бледно-голубыми снежинками. Победитель попытался дотянуть до отвоеванной ячейки, но в пути тоже начал «сыпаться» и окончательно развалился на голубые искры.

Мне стало интересно, и я подобрался к цилиндрам метров на десять. Края одного из них остались подняты, а внутренность подсвечивалась парой «голубых огоньков», один из которых казался немного ярче другого. В остальных ячейках лежали свернутые в спиральку грязно-серые с голубыми разводами «головастики». Я наблюдал. Оба огонька начали притухать, как бы втягиваясь в «головастиков». Когда процесс закончился, «головастики» беспокойно дернулись несколько раз и замерли. Боковые панели цилиндра попытались закрыться, но застыли на половине пути.