Пахло точно так же, как та дрянь, что пил ее папаша. Это была не мадера, которую он потягивал с утра и до самого ужина, а некая золотистая жидкость, употребляемая им после ужина для медицинских целей, как он утверждал - чтобы успокоить нервы. Нервы самой Джулианы были напряжены до предела. В следующую секунду она услышала голос матери, доносившийся с противоположной стороны зеленого барьера, и сердце ее снова застучало как молот.

–  Джулиана, где ты прячешься, детка?
– звала мать.
– Я тут с лордом Мейкписом, и он просто мечтает с тобой познакомиться…

Перед мысленным взором Джулианы возникла тягостная картина: растерянный и подавленный лорд Мейкпис - кто бы он ни был, - чуть ли не насильно увлекаемый под руку ее решительной мамашей по тропинкам и поворотам, закоулкам и тупикам хитроумного лабиринта и освещенного факелами парка. Не в силах вынести неловкость и смущение при очередном представлении очередному несчастному и, несомненно, отнюдь не добровольному претенденту на ее руку, попавшемуся на удочку ее матери, Джулиана так сильно прижалась к живой изгороди, что колючки безжалостно вцепились в светлые локоны замысловатой прически, над которой ее служанка билась не один час.

Но тут счастье улыбнулось Джулиане - месяц услужливо скользнул за плотную гряду облаков, и лабиринт погрузился в чернильную темноту. А в это время ее мамаша продолжала свой чудовищно бессовестный монолог, находясь в двух шагах от нее по другую сторону изгороди.

–  Джулиана - невероятная любительница приключений!
– воскликнула леди Скеффингтон, но в голосе ее звучало скорее разочарование, чем гордость.
– Это так на нее похоже - из чистого любопытства отправиться в путешествие по этому лабиринту!

Джулиана мысленно перевела эти притворные слащавые измышления на язык суровой действительности: «Джулиана - несносная затворница, меня раздражают ее вечные бдения над книжками и писаниной - взяла бы все и выбросила прочь! И это так на нее похоже - сбежать с бала и спрятаться ото всех в кустарнике!»

–  В этом сезоне она пользовалась огромным успехом в обществе! Я просто удивляюсь, как это вы ни разу не встретились с ней ни на одной модной вечеринке! Мне пришлось настоять, чтобы она не принимала больше десяти приглашений в неделю - нужно же и отдыхать!

«Джулиана не получила и десяти приглашений за весь прошлый год, не то что за неделю, но мне же нужно как-то выразить свое удивление и объяснить, почему вы ее до сих пор нигде не встречали. Немножко везения - и вы вполне поверите моей болтовне»- именно эта тирада соответствовала бы действительности, произнеси ее леди Скеффингтон вслух, а не про себя.

Но лорд Мейкпис, похоже, не был так доверчив.

–  Действительно?
– уклончиво пробормотал он голосом человека, в котором боролись вежливость, раздражение и недоверие.
– Она, наверное, очень странная… гм… необычная девушка, если не любит… развлекаться.

–  Я не говорила ничего подобного!
– поспешно возразила леди Скеффингтон. Джулиана больше всего на свете любит балы и званые вечера.

«Да Джулиане легче выдернуть зуб, чем ехать на бал», - мысленно добавила она.

–  Я убеждена, что вы просто идеально подходите друг другу.

«Я хочу поскорее сбыть ее с рук и выдать замуж, мой дорогой, а вы во всех отношениях подходящий жених: зрелый мужчина, имеете благородное происхождение и соответствующее состояние»- именно так следовало понимать признание леди Скеффингтон.

–  Она совсем не из тех нахальных особ, которых сейчас можно встретить на каждом шагу.

«Она и пальцем не пошевелит, чтобы хоть как-то постараться понравиться».

–  С другой стороны, у нее есть определенные достоинства, которых мужчина не может не заметить.

«Чтобы быть спокойной на этот счет, я заставила ее надеть это открытое платье, хотя, если говорить честно, оно больше подошло бы замужней женщине без предрассудков, чем восемнадцатилетней девушке».

–  Конечно, она девушка скромная. «Но вы не смотрите, что у нее такое декольте - даже и не пытайтесь к ней прикоснуться, пока не попросите руки».

В конце концов стремление лорда Мейкписа отстоять свою свободу возобладало над представлениями об учтивости.

–  Леди Скеффингтон, я, к сожалению, должен вернуться в зал. Мне кажется, я танцую следующий танец с мисс Топем.

Сознание того, что добыча ускользает от нее, да еще в руки самой популярной невесты сезона, заставило мать Джулианы сделать ответный удар: то, что она сказала в следующую секунду, было самой беззастенчивой ложью из всего, что она говорила прежде, пытаясь сосватать свою дочь. Тут же, без всякого стыда выдумав какие-то несуществующие отношения между Джулианой и самым завидным женихом в Англии, она заявила: