– Несомненно, Сергей, главное, чтобы мозг хорошо пережил адаптацию, - ответила Светлана.
– А ты, оказывается, "тонкая душа".

– Не глумись, - ответил я.
– Я спрошу ее про предпочтительный окрас нового тела, попробуй только не сделать!

– Да, капитан, - отозвалась Светлана.
– Я, кстати, закончила два дня назад разработку и расчет курса адаптационных мероприятий для подготовки человеческого тела к атмосфере Улара. Желаете поэкспериментировать?

– Желаю, - ответил я, показывая фигуру с вытянутым пальцем в потолок.
– А ты меня быстренько в самца уларсу не сможешь переделать?

– Не смогу, - ответила Светлана с некоторым удивлением в голосе.
– А зачем?

– Да вот хочу наставить тебе рога с этой медной дамочкой, чтоб не умничала...- засмеялся я, разрядив обстановку.

– Могу начать программу расчетов, капитан, - серьезно заявила Светлана.

– Начинай, - принял я шутку.
– А Белка действительно беременна?

– Да, - ответила Светлана.

– Чего не сказала?
– спросил я.

– Так это не болезнь, а естественный процесс, - удивилась Светлана.
– Ты и не интересовался.

– Ладно, проехали, поздравить бы надо, - пробурчал я.
– Как долго мне организм для выхода к белкам готовить нужно?

– В общей сложности около суток, может чуть больше, - ответила Светлана.
– Стекляшка разработал интегрируемый модуль к блоку медицинского контроля и поддержки, плюс комплекс по выработке иммунной системой антител к некоторой заразе, потенциально способной прижиться в твоем организме с тюнингованным метаболизмом.

– Круто, - удивился я.
– А сколько сборка организма для медноволосой барышни продлится?

– Дней пятнадцать плюс-минус, - ответила Светлана.
– Корабль до ума еще дольше доводить будут, может, мы в случае неудачи еще и второго добровольца успеем подготовить.

– Ясно, - ответил я.
– Давай начинай клонирование и сборку. Я пока займу медицинский блок с адаптационными процедурами.

Для уверенности Светлана меня промурыжила в медицинской кроватке двое суток. Все это время я предпочел проспать, воспользовавшись советом Светланы. Проснувшись, я почувствовал некоторую слабость и дискомфорт. Это было странно, обычно из кроватки или кресла я вставал полным сил.

– Светик, что-то не так?
– спросил я.
– Я себя как-то неуютно чувствую.

– Это остатки токсинов в теле дают о себе знать, - ответила Светлана.
– Но лучше провести пробный выход в атмосферу Улара именно сейчас. Ты не возражаешь?

– Нет, конечно, - ответил я.
– Бывали недомогания и похуже, особенно после встречи Нового года в общаге.

– Так, снимаю колпак, - отозвалась Светлана.
– Готово. Отключаю тебя от "кроватки", сейчас будешь дышать самостоятельно, поначалу может оказаться очень трудно. Будет лучше, если ты сделаешь гипервентиляцию организма, а потом выдох перед отключением.

Меня отключили. Я сделал свой первый глоток чужого воздуха. Голова закружилась, сознание поплыло. Хорошо, что я лежал, а то упал бы. Легкие молотили воздух, но организм судорожно требовал дышать еще. Спустя несколько секунд, на шестом-седьмом вдохе сознание начало возвращаться рывками на место. Я открыл глаза, картинка была мутной с красноватым отсветом.

– Жить буду?
– спросил я Светлану.

– Все идет нормально, - отозвалась она.
– Еще минут десять-пятнадцать полежи, потом опять тебя подключим, исследуем, подкорректируем и очистим от гадости.

Второй раз включение в атмосферу прошло спокойнее, но окончательно организм сдался только на четвертый раз. Светлана все поражалась, насколько непокорный у землян организм. После последней доводки меня на двенадцать часов погрузили в сон и восстановительно-очистные процедуры. К моему пробуждению Светлана сменила всю атмосферу "Ботаника" на уларскую. Проснулся я бодрым, как обычно. Но при процедуре моего подъема присутствовал киборг, как сказала Светлана: "На всякий случай". Все произошло удачно. Тем не менее, воздух был необычным, в нем присутствовали странные для меня запахи. Мне казалось, что сердце работает немного быстрее, да и дышать приходилось слегка с натугой и немного чаще. Светлана сказала, что со временем организм привыкнет к условиям нагрузок в новой атмосфере и все придет к старой норме. Зато теперь я смогу погладить белок, если дадутся, конечно. Странно, но у меня эта мысль нашла какой-то необычный отклик. Я не обратил на него внимания, посчитав происками чуждой атмосферы. Еще полдня я прогуливался по "Ботанику", заставляя организм привыкать к нагрузкам в новой атмосфере, попутно входя в курс дел. Строительство "корабля из прошлого" шло медленнее, чем рассчитывали, тем не менее, трудности были всего лишь технического характера, приходилось в точности следовать технологиям уларсу, скидки не делалось даже в мелочах. Девчонки болтали о жизни, расспрашивали ощущения беременности у Белочки, занимались на тренажерах, очень им понравилось играть в компьютерные симуляторы. Светлана предложила им симулятор нашего истребителя, просто чтобы скрасить их одиночество. Через день на него подсели все уларсу, включая инженеров и Белочку. Пришлось ограничить инженерам доступ к этому аттракциону, чтобы не страдало основное дело. Клонирование организма для добровольца шло своим чередом. Светлана просила как можно скорее определиться с окрасом, так как чем дальше, тем труднее было бы абсолютно точно его воспроизвести. Я решил не оттягивать время и переговорить с добровольцем. Сначала я решил переговорить лицом к лицу с Белочкой, так как она была наиболее подготовленным к этому событию уларсу. Ведь я даже не знал, как уларсу относятся к людям, вполне могло быть, что они воспринимали нас жуткими уродами, сдерживая эмоции из уважения. Светлана просто попросила Белочку зайти медицинский отсек на обследование по поводу беременности. Обследование действительно сделали. После обследования я зашел в отсек к Белочке. Белочка сидела на кроватке обнаженная, ее повседневный комбинезон лежал на стуле у входа в отсек.

Дверь открылась, и я зашел, остановившись на пороге, с опозданием подумав, что может быть, стоило подождать, пока она оденется. От удивления Белочка скрутила хвостик в колечко, так и оставив его подрагивающим мохнатым бубликом. Мы стояли и смотрели друг на друга.

– Это голограмма?
– прострекотала Белочка.

– Нет, - ответил я.

– Но ты без скафандра, - удивилась Белочка, хвост начал скручиваться и раскручиваться.
– Ты не навредишь себе?

– Нет, я теперь могу дышать твоим воздухом, Кларкисс, - постарался я наиболее правильно произнести настоящее имя Белочки, чтобы это было понятно и без перевода Светланы.
– Адаптация завершена, ни вы мне, ни я вам не опасны.