– Давай тогда уж сделаем для них послабление, и сами доведем истребитель до кондиции под стандартную кабину местных машин, - предложил я.
– Чего союзниками обломки оставлять, неэтично.

– Ладно, доведем, - согласилась Светлана.
– Если дадут нам свою кабину, сделаем совмещение.

Пока я ходил к руководству базы с предложением, киборги с "Клопа" затащили поврежденный истребитель под борт бота и начали демонтаж пилотского отсека. Руководство базы, как и в прошлый раз не слишком торопилось со мной встретиться. В конце концов, мне уделил внимание представитель технической службы базы. Оранжевый комбинезон выглажен, на груди знаки различия весь чистый и прилизанный по сравнению с техниками. Разговор тоже начался издалека. Пообщавшись несколько минут, у меня стали появляться мысли, что я разговариваю с торговцем на базаре. Я не стал объяснять суть моей просьбы, просто попросил по возможности дать мне чертежи спасательной кабины истребителей базы, упирая на то, что кабина на моей машине полностью выведена из строя, а заменить ее начинку нечем. Возможно, мы сможем каким-то образом приспособить часть узлов от кабин местных истребителей для наших нужд. Долгая беседа ни о чем закончилась отказом, основанием которого была нехватка запчастей для собственных истребителей, да и данные по кабине были секретными и разглашению не подлежали. Странным мне показалась такая позиция местного командования по отношению к союзникам. Сама собой напрашивалась мысль о маленьком таком саботажике. А может, командование базы надеялось, что мы бросим поврежденную машину, а они смогут поживиться ее секретами "за так". Порой мы другого человека понять не можем, что уж говорить об инопланетянах. Ничего не добившись, я пошел обратно. Мне было досадно, что мои бескорыстные порывы души угасали из-за несговорчивости местных "шишек". Я из чистой вредности не сказал, что мы собираемся довести наши истребители до ума в пользу местной системы управления. И тут мне пришла в голову интересная мысль. Я все-таки увидел возможный путь получить доступ к информации, пусть не мытьем, так катанием. Недолго думая, я свернул к площадке, где техники базы возились с разобранным штурмовиком мародеров.

– Привет служивые, - обратился я к четверке техников.
– Хочу вот узнать, где мне можно забрать причитающуюся нам часть добычи?

– Привет союзник, - ответил один из техников.
– Ты имеешь в виду технику правителя?

– Да, - согласился я.
– Мы с напарником сбили ну никак не меньше одного штурмовика, а если посчитать внимательно, то и все семь получится. Хотелось бы взять на память.

– Зачем они вам нужны? У вас же нет к ним ни снабжения, ни специалистов по обслуживанию, - удивился другой техник.
– Все машины повреждены и требуют серьезного ремонта.

– Да, требуют, - согласился я.
– Но мы хотели бы кое-что снять для своих нужд.

– Вопрос с руководством базы нужно решать, - уклончиво ответил первый техник.

– По уму мы можем рассчитывать на одну самую целую машину. Или мы можем забрать все, которые были сбиты нашей двойкой. В первом случае у вас становится меньше реально живой техники, во втором случается колоссальная убыть потенциально живых штурмовиков, - продолжил я.
– Только вот ваше руководство не спешит обсуждать данный вопрос. Предлагаю компромисс. Я заберу одну из безнадежных машин правителя, мне важно, чтобы пилотская кабина была цела, пусть и не полностью функционировала. Вы же со своей стороны доложите начальству о моей просьбе быстро. Можете сделать упор на то, что мы хотим взять разбитую "в хлам" машину. После изучения мы по джентльменскому соглашению вернем ее на запчасти, осознав, что аппарат никак нам помочь не сможет.

Понятливый техник уладил вопрос минут за двадцать. Начальство дало согласие на выдачу нам одного самого убитого штурмовика правителя. Своего я добился. Как и договаривались, мы выбрали штурмовик с наиболее целой кабиной, техники тут же с помощью платформы перетащили его к "Клопу". Выгрузив штурмовик, ребята какое-то время с любопытством смотрели на слаженную работу киборгов. Демонтаж узлов кабины мародерского штурмовика с описанием органов управления и контроля занял без малого часа два. Самым главным агрегатом, которому было уделено особое внимание, было кресло пилота, его киборги изучили отдельно, сняв размеры и сделав голографические снимки. После чего мы вернули частично разобранный штурмовик механикам базы, и они увезли его обратно на той же платформе. Хоть штурмовики и не имели катапультируемой кабины пилота, но представление об органах управления в технике уларсу давали. Моя маленькая афера удалась, вот только дарить истребитель желания как-то поубавилось. Но Светлане знать об этом было не обязательно, я принципиально хотел дать своему боевому соратнику второй шанс. Да, поступок мальчишки-мечтателя, но я люблю потакать себе в мелочах, которые никому не причинят вреда. А еще говорят, что летчики к своим машинам как к живым относятся, называя их именами и делая еще ряд всяких глупостей. Так вот, я тоже немного летчик, мне простительно. Вот Санычу - нет, по его части остаются бабы.

*****

О сроках прибытия двух кораблей с "Мегаполиса-дубль" я регулярно получал инфрмацию от Светланы, так что сюрпризом это стать никак не могло. По словам Светланы, они были схожи с кораблями правителя, размеры оказались немногим меньше, на счет вооружения сказать было трудно. С приходом "гостей" отношение к нам со стороны обитателей базы стало более прохладным, возможно, это случилось ввиду неопределенности нашей дальнейшей судьбы. Переговоры решили вести по отработанной ранее схеме на борту "Клопа", благо помещение уже было оборудовано. Посовещавшись, мы пришли к общему мнению, что пока не стоит слишком сильно рекламировать "Ботаник". По обоюдному решению Саныч остался на "Ботанике" осуществлять со Светланой прикрытие, мне на подмогу послали Белочку.

Утром по местному времени на площадку рядом с "Клопом" опустился катер, очень похожий на транспортник мародеров. Видимо, практически вся техника у обеих сторон была сделана на одних и тех же конвейерах. Поскольку Светлана регулярно оповещала нас о положении дел на орбите, то появление катера для нас сюрпризом не стало. На переговоры прибыло четыре представителя "Мегаполиса - дубль" и двое представителей наземной базы. Одеты они были на это раз в парадную форму, в рядах делегации оказались две женских особи, судя по знакам отличия, занимавшие высокие должности. С нашей стороны барьера был я в самом прилчном корабельном комбинезоне КСС и голограмма Светланы в строгом деловом костюме Земли. Так же представителем нашей делегации можно было считать Белочку, которая расположилась на стороне аборигенов. Процесс представления прошел, как и в прошлый раз, быстро. Видимо, мятежники не питали особой страсти и почтения к чинам. Поскольку мы были в этом случае гостями, хоть и принимали делегацию у себя на борту, в нашем праве было предложить хозяевам начать беседу.

– Я Вас приветствую, Господа, - перевел МИ обращение к нам одного из "горожан" по имени Ала Алралсару.
– Прошу извинить нас, если что-то, по Вашему мнению, было или будет некорректно сделано или сказано. Для нас встреча с представителями другой разумной расы - событие необычное. Могу считать удачей, что переговоры от лица уларсу проводим мы, а не представители мнимого правителя. Мы уже ознакомились с записями предыдущих переговоров с представителями нашей базы на Уларе. Некоторые интересующие вопросы мы позволим себе задать после обсуждения основной темы переговоров. Мы прибыли сюда, надеясь помочь друг другу. Командование базы сообщило мне, что Вы хотели получить от нас некоторую информацию. Прошу сообщить, что бы Вы хотели узнать, надеюсь, мы сможем помочь...

Во время речи хвост представителя "горожан" слегка подрагивал, я по аналогии с земными кошками начал подумывать, что он волнуется. Я никогда не считал дипломатию своим хобби, и сразу попросил МИ произносить корректно имена оппонентов в моей речи, чтобы не вызвать неприязни.

– Уважаемый Ала Алралсару, - начал я.
– У нас очень простая просьба. Мы бы хотели узнать координаты вашей колонии на Надежде. Нас очень интересует информация о расе разумных, совершающих нападение на колонистов. Сразу хочу сказать, что мы не собираемся совершать враждебных действий в отношении Вашего народа на Надежде. Мы хотели бы вступить в контакт с представителями этой агрессивной расы в целях получения некоторой информации. В свою очередь мы готовы оказать Вам разумную помощь, как знак признательности. Если возможно, прошу для упрощения переговоров перейти к менее официальной форме общения.