– Щас дорогая, секундочку, - ответил я, лихорадочно пуская "генератор прокола".
– Пять сек, делаю расчет.

– У нас нет пять сек, командир, - сказала Светлана.
– Если хотим еще пожить, нужно нырять немедленно. Не знаю, что там внутри "Гарпуна", но он пройдет все наши щиты. А потом ракета просто сделает из нас слиток металло-керамики, какой бы из штатных зарядов "Гарпуна" на ней не был смотнирован. Ты же не веришь в то, что "Гарпун" снаряжен пустой болванкой.

– Уходим, - сказал я, проваливая "Ботаник" в многомерность.
– Уходим без точки выхода. Досчитаю или найду в пути.

– "Гарпун" в точке входа нашего якоря, - продолжала Светлана комментировать происходящее.

– Я взял якорь Эталона-12.
– отчитался я.
– Бросаю якорь точки входа.

– "Гарпун" взял нас, - отозвалась Светлана.
– Идет по следу. Мы - его якорь.

– Попочка, блин, - прошептал я.
– Это что, конец? А где же пистолет? Нет, не получишь ты Шарапова.

Я сменил глубину погружения, чуть не выронив якорь "Эталона-12". Ракета, рыскнув пару раз, вернулась на наш след. Следующий же нырок оставил нас без выходного якоря.

– Сергуня, - спросил Саныч.
– Это тот случай, когда нет шансов дожить до пенсии? Мы же остались без якорей.

– Да, Саныч, без якорей, - зло пробурчал я.
– Еще и это гуано на хвосте висит. Нет, милая, не получишь ты нас.

Я хаотично два раза сменил глубину погружения в многомерность. Ракета с некоторым трудом снова нашла наш хвост. Весь экипаж, включая меня, молчал. Я со злостью сменил глубину погружения четыре раза подряд с интервалом в несколько секунд. Перепады уровней, по крайней мере, двух из них были больше гребаных пятидесяти четырех процентов. "Гарпун" отпал.

– Капитан, "Гарпун" потерял след, - подтвердила Светлана.

– Сергуня, где мы?
– подал голос Саныч.
– Или когда.

– Саныч, мы там, где Светлана обещала не попасть пальцем в собственную задницу, - зло ответил я.
– Хотя в твоих способностях попасть в нее я не сомневаюсь.

– Выручай, друган, - сказал Саныч обреченно.
– Я только жить заново начал.

– Соберись, капитан, - сказала Светлана по какому-то необычному каналу, явно не открыв его Санычу.

Это было странно, в "подключке" от Саныча переговоры было скрыть практически невозможно, он в этом режиме был "Ботаником", как собственно и я.

– Только ты стоишь между нами и бесконечностью, - прошептала Светлана будто бы мне в ухо.
– Ты уже сотворил один раз бога для меня. Сделай еще одно чудо, я знаю, ты сможешь.

Сначала я пытался пройти обратным путем, руководствуясь логикой. Оказалось, что логики в моих действиях во время стряхивания "Гарпуна" не было. Так как "генератор прокола" был со мной в полной интеграции, наша спарка идеально делала то, что я хотел. Только вот я сам не мог понять сових желаний. Светлана дала мне последовательность действий, оказавшуюся бесполезной, так как я не смог обратно попасть в состояние, владевшее мной в критической ситуации. Не исключено, что Светлана, затратив уйму времени, смогла бы решить уравнение или систему уравнений, описывающих мои действия, даже с очень большим количеством переменных. Только вот все мои действия в таком ракурсе были одной большой переменной с некоторым количеством постоянных величин.

Я, как голодный волк, искал запах добычи, как сова, крался в ночи за мышью на звук, как вампир, гипнотизировал многомерность и, как червь, выгрызал с помощью "генератора прокола" в ней ходы. Трое суток "Ботаник", как кузнечик, прыгал с ветки на ветку, падал в дыры, всплывал к свету. Двенадцать часов отдыха в однородной многомерности, опять трое суток тараканьих бегов по дырам вселенной. Потратив бездну энергии и биомассы, мы выпали в похожее на "наше" пространство. Почти сутки Светлана и Стекляшка проверяли наше положение, чтобы не попасть в просак после отключения "генератора прокола". Был вынесен вердикт.

– Есть две новости хорошая и плохая, - сказала Светлана.

– Давай хорошую, - устало сказал Саныч, все эти дни тоже не вылазивший из кресла.

– Мы в "нашем" пространстве, "генератор прокола" можно гасить, - сказала Светлана.

– Плохая новость?
– продолжил Саныч.

– Даже приблизительно мы не знаем, где мы находимся, - сказала Светлана.
– Уверенно можно лишь сказать, что мы в нашей...вселенной.

– Не новому ли божеству, имя которому "Вечность" принадлежала эта шутка юмора, - практически засыпая, подумал я.
– Если "да", то спасибо ему...

5. Пять.

Я отсыпался, на автопилоте добравшись до каюты и послав всех в глубокое погружение. "Ботаник" на звездном приводе еле-еле плелся к ближайшей звезде для пополнения энергии и если получится биомассы. Саныч напился и тщательно поддерживал это состояние. Светлана и Стекляшка пытались определить наше местоположение. Космос, окружающий нас, был пуст и жил своей жизнью, не обращая на нас абсолютно никакого внимания.

Наконец, я понял, что спать больше не могу. Это однозначно было хорошей новостью, так что пора было узнать и плохие. Приведя себя в относительный порядок, я направил свои стопы в "Три пескаря" для перекуса и ознакомления с обстановкой. За этим делом меня застал Саныч, пребывавший в весьма помятом состоянии души и тела.