– Беговую дорожку тебе подарить хочу!
– фыркнула Маська.
– Вообще, господа дамагеры, вам нигде не колет? У ушастой-то выносливости, как у вас!

Адептка вздохнула с облегчением: не хватало еще, чтобы Монк заподозрил ее в излишней болтливости.

– Мы бежим быстрее, - Рэй подернул плечами.

Гномка зашлась смехом так, что остановиться пришлось.

– Так у нее бюст при беге перевешивает же!

Взгляд Кена, обращенный на бегущую за ним адептку, стал заинтересованным.

– Любопытное наблюдение, - невозмутимо обозначил он.

– Что?!
– взревела Хэйт, аки пожарная сирена.

Эльф изобразил смущение (не сильно, впрочем, утруждаясь).

– Не о бюсте. О выносливости.

– Три!
– Хэйт показала малой три выставленных вверх пальца.
– Три беговые дорожки. Каждому из этих оболтусов! А мне - индивидуальные занятия. Как у арсенала ты мне демонстрировала, только с пошаговой инструкцией.

– Заметано!
– выкрикнула гнома и припустила на предельно доступной ей скорости.
– Кстати, статы вне боя после пятидесятого уровня растут в несколько раз медленнее - инфа все с того же портала Теней. Точных цифр, гады, не дают. Ну и в бою тоже, но, цитирую: "Не так заметно".

"Наивно было бы думать, что только я с первых дней делала упор на поднятие стат, а не уровней", - отстраненно подумала Хэйт.

– Намек понят, - подал голос кинжальщик.
– Вот мир спасем - и сразу в тренажерный зал. Виртуальный, само собой.

– Смотрю, к тебе прилипла эта фразочка, про мир, - поддела убивца адептка.
– Второй раз за день изрекаешь.

– Не понимаешь ты, красавица, сарказма, - в тон девушке ответил Рэй.
– Вот Барби бы...

– Не надо Барби!
– в один голос выкрикнули гнома с квартеронкой.

...Кен улыбался и многозначительно молчал. К молчанию же Монка все давно привыкли...

– Вы через Тот Самый Замок ползли, потомки улитки и черепахи Тортиллы?!
– заорала Барби, едва завидев напарников.

К тому времени умученные, загнанные, как те кони, ребята не имели сил возражать. А орчанке быстро надоело возмущаться в пустоту, так что вскоре она была готова к конструктивному диалогу (в своем понимании).

– По-моему, жрецы шизанулись, - когда компаньоны уселись на полукруглую скамью в единственном парке Дорба, заговорила Барби. Парке, в котором, если верить зрению и Маськиной "сути вещей", кроме них находились только птички да бабочки.

Заговорила орчанка негромко, что для нее было несвойственно. "И впрямь что-то серьезное, если баба-страж громкость сбавила", - покивала сама себе адептка, цокая языком. Причиной цоканья был парк, в коем они расположились. Развернутая карта города (крепи) лаконично отзывалась об этом месте: парк, без каких-либо названий или пояснений. "По-орочьи - забыли приписать", - подвела итог наблюдениям Хэйт. Весь парк состоял... из одного дерева. Довольно высокого для местного климата, с причудливо изогнутыми стволом и ветвями, с листьями оттенков киновари, янтаря и граната. Вокруг дерева выложен был некрупными камнями круг внушительного диаметра, а чуть поодаль были установлены скамейки. И все, ничего больше, даже трава у корней дерева росла обыкновеннейшая.

"Парк"... восхищал. Своей простотой, самобытностью, красками одного-единственного дерева. Хэйт поймала себя на мысли, что у гейм-дизайнера, приложившего руку и фантазию к оформлению этого участка крепи, она хотела бы взять пару уроков. Или не пару...

– Они отказались выйти на бой с Архидемоном. И принять помощь извне - тоже, - отрывая Хэйт от любования кусочком нарисованной природы, принялась жаловаться на жрецов Гарт-гара Барби.
– Риск, мол, несоизмерим и все такое прочее. Мурыжили меня, мурыжили... Потом, значится, подошел ко мне седой орк в рясе - первый раз его там видела - и заявляет на всю обитель: "Она видела храм, потерянный для живых!"

Орчанка, ясно показывая свое впечатление, покрутила пальцем у виска.

– Резко понабежало стадо жрецов и давай меня пытать, что я там видела, есть ли выжившие... Тут я малость тупанула, не поняв, о чем вообще все эти песни и пляски. Потом кто-то сказал о Хворге, и до меня дошло: морг с привидешками, где Рэя кокнули.

Убивец вытянулся по струнке, всей позой как бы говоря: "Я весь внимание". Да и остальные выглядели крайне заинтересованными.

– Дальше мы уже общались по принципу "баш на баш". Я им - про купол, про призраков, они мне - о том, как дошли эти призраки до не-жизни такой... В храме крепи Хворга готовились провести ритуал. Какой - без понятия, эти жреческие рожи отказались говорить. Но в крепь приперся Архидемон, ритуал не успели завершить и... заменили. Вот тут начинается жуть.

Барби поежилась, несмотря на теплую погоду.

– Они не могли допустить, чтобы то, что являлось ядром ритуала, досталось демонам и... добровольно себя... того. Предполагалось, что сознание и память перейдут к их духам, но что-то не срослось, поэтому нас встретили тупые привидения, по сути - мобы, которые не помнят ничего, кроме необходимости защищать храм и ритуальный объект.