Я вцепилась в край кожаного сиденья:

– Пожалуйста.

– Тебе плохо? – с тревогой в голосе спросил Джаред, притормаживая у обочины.

Лукас выбрался наружу и придержал дверь. Я вышла на грязную мостовую и, отвернувшись от них, стала рассматривать блестящие лужи под ногами. Глаза у меня щипало от слез.

– Кеннеди?

Краем глаза я заметила армейскую куртку Джареда.

– Моя мама умерла из-за демона, которого вызвали ваши предки! – набросилась я на него.

Меня колотило.

Джаред отшатнулся, как от удара:

– Дело в том, что наши предки были там не одни. Кто-то из твоих предков тоже принимал в этом участие.

Я слышала его слова, но мой мозг отказывался в них верить.

«Кто-то из твоих предков тоже принимал в этом участие».

Не было никого, кто мог бы подтвердить это или опровергнуть. Из родни у меня оставалась только тетка. Если кто-то из наших предков и состоял в тайном обществе, мама ни за что бы ей не сказала. Они практически не общались, а если им все-таки случалось пообщаться, это неизменно заканчивалось ссорой.

Я сглотнула вставший в горле тугой ком и попыталась придать голосу твердости. Не хотелось выдавать сомнения и страх, которые крепли внутри меня.

– Откуда вы знаете?

Лукас протиснулся мимо брата и медленно приблизился ко мне, как будто я была испуганным животным:

– В каждом поколении насчитывается пять членов Легиона. Месяц назад все пятеро умерли – в одну и ту же ночь. При одинаковых обстоятельствах. Наш папа и дядя, твоя мама….

Джаред сунул руки в карманы и прислонился к боку фургона:

– Не у тебя одной был бешеный кот.

– По-твоему, это так смешно? – огрызнулась я.

– Я вовсе не хотел… – Джаред уставился себе под ноги и насупился.

– Я понимаю, что тебе трудно в это поверить, но ты должна знать правду, – сказал Лукас.

Я лишь кивнула.

– Ехать осталось совсем недолго. – Лукас подвел ме ня к фургону, и я безропотно забралась внутрь. – Все равно возврата тебе уже нет.

Я немного поколебалась:

– Постойте. Сколько сейчас времени?

– Одиннадцать. А что?

Я договаривалась встретиться с Элль в половине десятого. Не дождавшись меня, она наверняка пошла ко мне домой. Я попыталась восстановить в памяти дом в том виде, в каком мы его оставили. Сорванная с петель дверь, вылетевшие окна, торчащие из стен ножи. Судя по количеству людей, высыпавших на улицу, когда мы уезжали, полиция должна была опередить Элль.

Полицейские наверняка уже позвонили моей тетке, а та потребовала посадить меня на первый же самолет до Бостона.

Если Лукас с Джаредом говорили правду, духи мщения достанут меня и в Бостоне. Я не могла уехать, пока не узнаю, как защитить себя.

Я обернулась к Лукасу:

– Мне нужно позвонить. Я должна была встретиться с подружкой. Она, наверное, сейчас с ума сходит.

Он вытащил из кармана мобильник и протянул мне:

– Про нас никому не слова. Нам только с полицией иметь дело не хватало.

– Я просто хочу сообщить ей, что со мной все в порядке.

Я набрала номер Элль. Она сняла трубку после первого же гудка:

– Алло?

– Элль…

– Кеннеди? Господи! Где ты? – Она так тараторила, что я с трудом разбирала слова. – Твоему дому кранты, и…

– Элли? Ты одна?

– Да, а что? – Ее всегдашнюю самоуверенность точно рукой сняло.

– Не говори никому, что это я звоню. Ты меня слышишь?

– Поняла.

Я сделала глубокий вдох и попыталась говорить спокойным тоном, чтобы не пугать ее:

– Послушай. У меня все в порядке. В моем доме кое-что произошло, и одни ребята мне помогли.

– Какие еще ребята? – прошипела она вполголоса. – Тебя все ищут. Дом оцеплен полицией. Я нашла Элвиса на улице.

– Ты его нашла? С ним все в порядке?

– Да что с ним сделается, с твоим дурацким котом? Он у меня в машине. – Ее голос стал пронзительным, она явно с трудом держала себя в руках. – Только я сейчас на парковке перед полицейским участком. Из меня вытрясли вообще все, вплоть до того, что ты ела в последние два дня. Они считают, что тебя похитили.

– Погоди секунду. – Я прикрыла трубку ладонью и обернулась к Лукасу. – В полиции считают, что меня похитили. Попросить ее передать им, что со мной все в порядке?