— Вашему правлению конец. Теперь деревня свободна. Пусть это будет плата за смерти всех тех, кого я сегодня убил, — промолвил Минато.

Данзо бросил взгляд на валявшихся на траве мертвых АНБУ. Он стиснул зубы.

— Нет, ты не победил, глупый предатель! Я обманул смерть, и техника Идзанаги здесь ни при чем. Коноха нуждается в жесткой руке, так было всегда, так и будет до конца ее дней. А теперь... умри!

Он закрыл глаза и прокричал.

— Обратная четырехгранная печать!

На его теле появилось пять больших черных рисунков из линий и прямоугольников, затем прямо из тела во все стороны стала брызгать темная жидкость, разъедающая все на своем пути. Минато собрал последние силы и совершил последнее перемещение, очутившись на безопасном расстоянии. И как раз в этот момент на месте, где лежало тело Данзо, появился огромный черный шар. Он исчез так же быстро, как и появился, запечатав в себя все, что попало в темную сферу. В следующий момент мертвое тело Третьего Хокаге уже лежало неподвижно на дне глубокой круглой ямы.

Наруто успел развернуться и отбежать на безопасное расстояние. Он не пострадал от последней техники Данзо, так как вовремя ретировался, но огромный темный шар успел поглотить ту часть леса и даже земли, где только что находился блондин.

Узумаки обернулся, увидев последствия техники. Он понял, что битва закончилась победой отца, но не знал, радоваться ли ему или нет.

Когда пыль и листва, взметнувшиеся в воздух, осели, Наруто увидел стоящего недалеко от ямы человека в плаще Акацуки. Теперь его капюшон был снял, и Узумаки узрел знакомую прическу.

"Четвертый! Это и правда ты!" — подумал он, медленно выходя из леса, сам того не осознавая.

Минато поднял голову, повернув лицо навстречу солнцу, и закрыл глаза, наслаждаясь утренней свежестью и солнечным теплом. Как только Узумаки вышел из леса, тот, не поворачиваясь, произнес:

— Так ты и правда жив. Ну, здравствуй, Наруто!

========== Глава 18 ==========

— Так ты и правда жив. Ну, здравствуй, Наруто!

Наруто поднял взгляд своих небесного цвета глаз на повернувшегося к нему блондина. Он был одет в черный плащ с красными облаками и красной подкладкой, которую Наруто заметил только благодаря тому, что в завершающем этапе боя шиноби расстегнул плащ, чтобы не быть ограниченным в движении. У плаща был высокий ворот, и в застегнутом состоянии ткань скрывала половину лица Минато, а вместе с капюшоном было практически невозможно различить лица, неудивительно, что Наруто не признал отца сразу. Сейчас капюшон был откинут назад. Под плащом блондин носил темно-синие брюки, такую же водолазку, светло-серые гетры на ногах и руках и черные стандартные сандалии шиноби.

Минато был на голову выше Узумаки, немного шире в плечах. Лицо его было молодым и чистым, без единой морщинки. Только на щеке красовалась длинная ровная царапина, полученная только что в бою с Данзо. У Намекадзе были длинные светлые остроконечные волосы, торчащие во все стороны. Глаза оказались синего, как морская вода, цвета. Они были одновременно и серьезными, и жизнерадостными.

— Что стоишь? — поинтересовался Минато, разглядывая Наруто. Видимо, его тоже интересовали изменения во внешности сына.

На лице появилась вновь та фирменная добродушная улыбка. Минато был очень схож внешне с Наруто, и оба это теперь понимали.

Наруто ранее видел Четвертого только во снах и грезах. Самой запоминающейся их встречей в сознании блондина оказался момент битвы с Пейном, когда Наруто чуть не сорвал печать с клетки Курамы.

Хоть тогда Наруто и смог отлично рассмотреть Четвертого, и даже успел хорошенько врезать ему в живот, тот образ был более расплывчатым и призрачным. Он мог растаять в любой момент, как в итоге и случилось. Теперь же прямо перед Наруто предстал живой и реальный Намекадзе Минато.

Внешне он не изменился вообще, если не считать смену одежды. Но как сразу почувствовал Наруто, в душе шиноби произошли большие изменения.

— Значит, ты и правда жив. Невероятно. Я думал, что потерял тебя навсегда, — повторил Минато, — ничего не хочешь мне сказать?

Наруто стиснул зубы. Во время боя он даже не заметил перемены в характере отца, а теперь, услышав его голос, различил в нем некое вселенское равнодушие. Он вновь вспомнил, как недавно блондин убил десяток элитных шиноби Конохи, ни в чем не повинных. Про самого Данзо Узумаки предпочел не вспоминать. Если на отце этот плащ, и он оказался в это время вблизи Конохи, то наверняка он лично участвовал в погроме в самой деревне.

Узумаки сжал кулаки и попытался ударить Минато.

— Зачем ты убил всех этих людей?! — воскликнул он.

Если в прошлый раз Минато пропустил удар сына, то теперь руки его перехватили кулак Наруто на полпути.

— Я не собираюсь с тобой драться. У меня недостаточно чакры, да и у тебя, похоже, нет никаких шансов, — произнес он, отпуская руку Наруто.

Тот не стал повторять попытки вмазать отцу, но эта фраза отца его смутила.

— Ты спросил, почему я убил этих людей, верно? Я тоже задаю себе этот вопрос. По сути дела, они не были людьми, и похоже, очень давно. Все дело в том режиме, который установил в Конохе Данзо. Он обескровил ее, превратив всех шиноби в послушных марионеток.