Такая повестка дня, такая постановка вопросов будет способствовать и столь назревшей внешнеполитической дискуссии в российском обществе. Значительная часть истеблишмента, вполне лояльная режиму и сама готовая поиграть в антиамериканские игры, с нарастающей тревогой следит как за все новыми концептуальными озарениями министра Лаврова, так и за последними эскападами практической российской дипломатии.

Есть одно обстоятельство, которое может радикально повлиять как на ход этой дискуссии, так и на исход всего многовекового русского спора между «западниками» и «евразийцами». Это успех Украины.

Украина действительно представляет угрозу, но не безопасности России, как об этом трубят кремлевские пропагандисты, а путинской модели корпоративного, авторитарного, враждебного Западу государства. Опыт наших бывших соседей по коммунальной квартире, выбравших другую модель развития, и прежде всего Украины, ни в коем случае не должен стать привлекательным для российских подданных. Это аксиома кремлёвской политики.

Прибалты не в счет — они всегда были чужими. А вот успех Украины — это кощеева смерть путинизма, этой убогой философии низших чинов КГБ, ошалевших от крышевания мебельных магазинов и распиливания нефтяных компаний.

Экономика Украины должна быть подорвана, ее политическая система президентско-парламентской демократии дискредитирована. Сразу же после саммита Москва предпримет все усилия для достижения этой благородной цели.

Если Украина выстоит и подтвердит жизнеспособность и необратимость своего европейского цивилизационного выбора, это станет решающим аргументом, брошенным на весы многовекового спора внутри русской культуры.

11 июля 2006 года

Самый знаменитый узник российского Тауэра Евгений Адамов может торжествовать. Оставшиеся на свободе кремлевские соратники продолжают его дело. Вопреки мрачным прогнозам клеветников России из «Другой России» петербургский саммит и российско-американская двусторонняя встреча грозят завершиться грандиозным успехом.

В субботу США и РФ, как ожидается, объявят о принципиальной готовности подписать соглашение 123 по сотрудничеству в области ядерной энергетики. Американцы десятилетиями отказывались подписывать подобный документ, как с Советским Союзом, так и с постсоветской Россией. В последнее время Вашингтон в качестве предварительного условия настаивал на прекращении российского участия в атомных программах Ирана (прежде всего в строительстве АЭС в Бушере).

Такое радикальное изменение американской позиции может быть представлено как серьезный прорыв в российско-американских отношениях и позволит обеим сторонам продолжать прикидываться, что они являются добрыми стратегическими партнерами.

Прежде чем попытаться понять, зачем, собственно, американцам это понадобилось, разберемся, что же это соглашение будет означать практически. Только одно — масштабную реализацию позорного закона о ввозе в Россию ядерных отходов, принятого еще три года назад под громадным давлением адамовского атомного лобби, несмотря на резко отрицательное отношение к нему 90 % российских граждан.

«Элита» соблазнилась тогда потенциальным рынком в 20 миллиардов долларов, понимая тем более, что размещать отходы будут не на Рублевско-Успенском шоссе. Однако довольно быстро выяснилось, что 95 % этого рынка контролируется американцами. Использованное топливо без соответствующего двустороннего соглашения не может быть направлено на хранение в российские могильники.

Но ни в какой другой стране не нашлось такой безответственной и безумной элиты, готовой за бабки, не превышающие состояние какого-нибудь Абрамовича, превратить свою страну в ядерную свалку. Такие союзники, как Тайвань и Южная Корея, стали оказывать на США давление. Им не терпится поскорее отправить свои ядерные отходы в далекую загадочную Россию.

И здесь как-то все сошлось — просьбы союзников, необходимость продемонстрировать какой-то позитивный результат саммита, желание склонить Москву к более жесткой позиции по иранской ядерной программе. Америка дает добро и не скрывает, что она хочет получить в ответ.

«Это сигнал, что мы можем с ними вместе работать по Ирану», — заявила Роза Готтмеллер, директор Московского Центра Карнеги. «Это тот редкий случай, когда мы можем реально влиять на русских», — вторит ей Джордж Перкович, вице-президент Фонда Карнеги.

Но не дано заморским готтмеллершам и перковичам понять загадочную русскую душу с ее всемирной отзывчивостью. Тайваньские ядерные бабки чекисты-капиталисты с удовольствием распилят. Но ни на какие уступки по Ирану не пойдут. По-прежнему будут крышевать иранских мулл с их безумным президентом в Совете Безопасности, и прикрывать их ядерные объекты своим ракетным зонтиком.

Пока иранский «Манхэттенский проект» продвигается, цены на нефть остаются запредельно высокими. А когда, отчаявшись от бессилия «многосторонней дипломатии», сознательно саботируемой Москвой, израильтяне нанесут превентивный удар, цены станут совсем безумными. Это уже не какие-то там жалкие 20 миллиардов. Тут почва и судьба.