Заодно приметил: судя по тому, что в городе творится, Фаддей в последнее время с участка отлучается – на пару дней, а то и на неделю. Надо будет этот момент разъяснить. Конечно, не официальным запросом в минскую Контору. Савва даже собирался нанести Сторожевому визит: чего себя скрывать, на кладбище так наследил, что мало никому не покажется. Но тут в телефоне запищали, забурлили новости, сильно осложнившие и без того непростой ход событий. Фонька учудил, проявил инициативу на месте, из желания решить поставленный вопрос в кратчайшие сроки. Такой энтузиазм обнаружил, что хоть записывай Афанасия в диверсанты. Фонька от щедрот душевных мог барышень с панталыку сбить и Ростю заодно вдохновить на подвиг.

По всему выходило, что группа долго не протянет, нужно быстро раскапывать истину. А она ведь на поверхности, всего-то и надо – сложить три факта воедино, сообразить, что общего между Саввой Севастьянычем, Евдокией и Анной. Может, Фоня догадался?

Надо завтра поинтересоваться, какой именно белены и в каких ударных дозах Афанасий объелся? Спрашивать осторожно. Фоня все время норовит подогнать задачу под ответ, не сильно вчитываясь в условие. Не может поверить, что кто-то другой мыслит не его понятиями и категориями, а иными, собственными. Сознание почти как у мирского.

Как бороться с таким недостатком, Савва Севастьянович знал. Прикидывать разработку для вразумления Фонькиных мозгов было интереснее, нежели думать о дальнейшем. Еще дней десять у Саввы Севастьяновича в запасе. Дальше уже все, конец фильмы. Если сейчас это не случится, то вообще непонятно, когда произойдет.

– Вода минеральная, с газом и без, мороженое, пиво холодненькое! – В коридоре зазвучала мягкая скороговорка буфетчицы, сразу щелкнула дверь купе.

– Три – нет, лучше четыре. Ну давайте «Лидское» ваше! Антох, брать тебе?

Неведомый Антоха радостно соглашался, пересчитывал купюры. Ребятки в Москву возвращаются, решили по дороге истратить остатки местной валюты. Не на сувениры же ее пускать. У них помимо пива еще кое-что в багаже имеется – Савва Севастьянович чуял нераспечатанную водку на приличном расстоянии, тут всего в три купе разница. Сейчас наклюкаются! Ближе к ночи шуметь начнут, а там их проводница ссадит.

Любая из Саввиных девчат обязательно бы бутылку грохнула, во избежание проблем. А он сейчас ясную память этим гаврикам наколдует, чтобы поутру помнили весь перечень обезьяньих выходок. И парочку лишних подвигов надо им в воспоминания подбросить – для воспитательного момента.

Вроде Старый тихо ведьмачил, не поднимая рук, а все равно спугнул соседа. Тот ожесточенно почесался, зашуршал простыней. Глянул на Савву Севастьяновича:

– Не знаете, вагон-ресторан уже открыли?

– Артем, вы можете читать по губам?

– Не очень.

– Пожалуйста, посмотрите мне в глаза. Можете моргать, щуриться. Спасибо огромное. Вы сейчас слышите мои слова, правда, Артем?

– Как под водой.

– Помехи в эфире. Скоро утрясется. Артем, у меня и у моих коллег есть к вам определенное предложение. Оно касается вашей нынешней жены.

– С ней что-то случилось?

– С Евдокией Ольговной все в полном порядке. А может стать гораздо лучше. Нам всего лишь нужно, чтобы Евдокия Ольговна передала нам одну не принадлежащую ей вещь.

– Да ну? А шнурки вам погладить не надо?

– Артем, это серьезно. Никто, кроме вас, не справится, поверьте.

– Почему? Мне ее что, утюгом и паяльником обрабатывать прикажете?

– Отличная мысль, но, увы… Наоборот, категорически наоборот.

– А что это?

– Да в том-то и проблема, Артем, что это… нечто. Вещь, умеющая менять размер и цвет.

– А так вообще бывает?

– У мирских… у вас, Артем, нет. А в арсенале Сторожевого водится много разного добра и зла. Вот эта вещь, кстати, зло. Причем контрафактное.

– Серьезно?

– Могу дать клятву.

– На камнях?

– Вижу, Дуся вас чему-то научила… Нет, увы. Ваш социальный статус, к сожалению, исключает такую возможность.

– А попроще нельзя? Я, знаете ли, академий не кончал…

– У классиков было про гимназии. В Несоответствиях четко прописано, что ученик любого происхождения вплоть до чистого Сторожевого не имеет права брать клятву на камнях с полноценного ведуна или ведьмы против их воли. А такой воли у меня, увы, нет.

– Зашибись.