На закопченной кирпичной стене висели объявления для пассажиров и реклама бюро путешествий.

Тоби оказался на платформе первым. Он устанавливал свою аппаратуру, не обращая внимания на пассажиров подземки и на их отношение к британской моде. Потом еще раз проверил освещение и немного передвинул штатив. Взглянув на эскалатор, Тоби увидел, что Элли с группой моделей спускается вниз. Тоби окликнул ее и помахал рукой.

— Все в порядке?

Девушки столпились вокруг камеры, репетируя улыбки.

— Да. — Тоби еще раз проверил освещение. — Начинаем?

Волнение Элли достигло предела. У нее закружилась голова.

— Давай! — Она глубоко вздохнула.

Повернувшись к служащему подземки, она показала на длинную платформу:

— Не могли бы вы очистить платформу?

— Без проблем, дорогая! — Он достал из верхнего кармана свисток и важно начал освобождать указанное место от пассажиров.

— Хорошо! — Элли взяла за руку манекенщицу-блондинку. — Начнем с короткой пробежки в другой конец платформы, — сказала она и повела блондинку за собой. — Тоби, со светом все в порядке? — крикнула она оттуда.

Тоби включил освещение. Элли повернула манекенщицу и расстегнула жакет, сшитый в морском стиле. Открылось упругое красивое тело с соблазнительно высокой грудью в черном кружевном корсаже.

— Прекрасно! — услышала Элли восторженный отзыв зрителей — пассажиров метро.

Услышав эту реплику, Элли с облегчением подумала: «Я права».

Она подмигнула модели.

— Как только я крикну, подними голову и беги по платформе с расстегнутым жакетом. — Элли надела на нее шляпу-котелок. — На полпути незаметно тряхнешь головой, чтобы эта штука упала. Думаю, будет выглядеть очень мило.

Затем Элли прыгнула в сторону, чтобы не попасть в кадр.

— Считаю до трех!

Тоби подошел к аппаратуре, а Элли, скрестив за спиной пальцы, начала счет.

— Один… два… три!

Высокая загорелая девушка бежала по длинной платформе. Жакет ее распахнулся, открывая черный облегающий кружевной корсаж и совершенные коричневые плечи. На полдороге ее шляпа упала. Из толпы пассажиров вышел джентльмен, чтобы поднять ее. Все головы пассажиров на платформе были повернуты в ее сторону. Масса длинных светлых волос рассыпалась по плечам. В этот момент был сделан первый снимок для будущей рекламы АК, в которую входила американская компания, занимающаяся женским бельем. Тоби оторвался от камеры:

— Потрясающе, Элли! Просто потрясающе!

Темно-красный свет превращал комнату в странное пылающее замкнутое пространство. И обычная работа по проявлению и печатанию снимков казалась волнующей и загадочной.

Тоби повесил сушиться последнюю фотографию. Потом подошел к Элли и взглянул на снимок, который та держала в руках.

— Ну, что ты думаешь?

Элли пробежала глазами по другим сушившимся фотографиям:

— О, думаю, что это необыкновенно хорошо!

— Ох! Какие восторги! — Он вытер руки тряпкой. — Пойдем, они будут сохнуть около часа. А тем временем мы что-нибудь выпьем!

Она улыбнулась и шутливо пихнула его в бок.

— Ты же знаешь меня! Я лучше разбираюсь в живописи, чем в фотографии!

Он включил верхний свет и открыл дверь.

— Да-да.

Щурясь от яркого света, она прошла за ним.

— Что ты хочешь? Чай или… чай? Все остальное выпито!

Из-под груды грязных чашек и обрывков пленки он вытащил электрический чайник и включил его. Потом посмотрел на часы и перевел взгляд на темнеющее за окном небо.

— Лето заканчивается. Ты заметила, как рано стало темнеть?

— Что? — Элли оторвалась от фотографий.

— Я сказал, что в половине восьмого уже темно.

— О Господи! — Она вскочила на ноги. — Что же делать? Тоби, могу я позвонить?

— Да, конечно. А что за паника? — Он ткнул в переносной телефон на столе. — Пожалуйста!

— Я должна была встретиться с другом! — Она с ужасом подумала, что Эдвард ждет ее в своем кабинете.

Чертыхаясь, она попробовала набрать номер.

— Тоби! — Элли протянула ему трубку. — Как работает эта штука?

Он взял телефон и включил его.

— Успокойся! — Никогда он не видел ее такой взволнованной. — Я уверен, что твой друг все поймет.

Она кивнула, но не успокоилась. Нетерпеливо набрала прямой телефон Эдварда.

— Эдвард! Это я, Элли. Господи, Эдвард, прости меня. Я знаю, знаю. Ну да, виновата. Понимаешь, у меня очень важная дизайнерская работа для одной финансовой корпорации и, возможно, придется заниматься ею всю ночь. Да, получается очень неплохо…