– Ну, правильно, он же правитель клана. Лидер. Чего ты хотела, связываясь с ним?

– Я хотела? Я вообще ничего не хотела! И хочу заметить, что не я инициатор этих отношений, - все-таки Лина еще не отошла от вчерашней ссоры и вываливала на ученика своего любовника все, что накипело.

– Странные вы, женщины, все-таки существа. Сами же хотите жить с мужчиной, как за каменной стеной, чтобы он был главой семьи, уверенным и ответственным. А стоит ему проявить немного инициативы в отношениях, как вы начинаете вопить о феминизме и независимости. Ты уж реши, чего ты хочешь-то!

Девушка вздохнула.

– Фил, ну поставь себя на мое место. Представь, тебе сначала мужчина говорит, что ты будешь его любовницей…

– Надеюсь, я такого не услышу!
– хохотнул вампир, останавливая машину на светофоре.

– Я серьезно!
– девушка недовольно скривила губы.
– А потом этот же мужчина скажет тебе, чтобы ты собирал свои вещи и переезжал к нему, потому что жить будешь у него. И ему совсем не интересно, что ты думаешь по этому поводу!

– Не вижу особой проблемы, - пожал парень плечами, - Надо же понимать, что Марк вряд ли будет спрашивать твоего мнения.

– Ага, - кивнула девушка, - А через пару месяцев, когда надоем, он так же в приказном порядке скажет мне убираться из его дома?

– Ты этого боишься, что ли?
– заметил вампир.

– И этого тоже, - нехотя согласилась девушка.

Филипп замолчал, следя за дорогой.

Машин было много, час пик. Офисные служащие уже закончили свою работу и на личном транспорте направлялись в сторону своих домов, создавая гигантские, но для Москвы вполне обычные, пробки.

Филипп пару раз резко тормознул, когда его подсекли, ругнулся про себя на французском, свернул в какой-то дворик и медленно поехал мимо жилых домов, срезая дорогу.

– Знаешь, Алин, я тебе скажу одно. Ты имеешь полное право, разумеется, ожидать, что он прикажет тебе убираться. Но, видишь ли, в чем дело, … - он резко затормозил, пропуская бродячую собаку, - Марк никогда не пускал в свой дом женщин, с которыми спит. Всегда встречался с ними на других квартирах, снимал для этого отдельные дома. Но свой дом он всегда считает своей крепостью и абы кого туда не зовет. Поэтому, если он для тебя там обустроил комнаты, значит, вряд ли собирается через пару месяцев выгнать.

Девушка виновато глянула на друга и не нашлась что ответить.

…

В Будапеште шел дождь.

Владимир ненавидел ненастную погоду, поэтому все окна в кабинете были не просто закрыты, но и тщательно завешены шторами.

Настроение господаря было сравни погоде на улице - мрачным и сварливым.

Эстебан, чуть склонившись, протянул ему документ, который только что получил.

– Примерный план событий, по которым Орден предполагает действовать.

Владимир взял бумагу двумя пальцами и бросил на текст быстрый взгляд. Прочитал сверху вниз, затем еще раз пробежался по нему глазами.

– Вы помните нашу договоренность, уважаемый Эстебан?

– Разумеется!

– Тогда почему я вижу тут адрес вашей драгоценной менталки?
– недовольно бросил ему господарь.

Наставник Гюнтера недоверчиво поднял бровь и заново перечитал материал. Действительно, в списке зданий значился адрес в Люблино.

Он нахмурился.

– Это не страшно, насколько мне известно, сейчас она проживает у своего опекуна.

– То есть, у понтифика?
– язвительно уточнил у него Владимир.

Тот нервно дернул головой, то ли соглашаясь с его словами, то ли отрицая их.

– А если она опять от него уйдет, что тогда?

Эстебану нечего было ответить на это.

– Позаботьтесь, чтобы этот адрес был вычеркнут из списка. И этот, и адрес дома Росси, - Владимир отдал лист бумаги обратно Эстебан, - Я не хочу ни малейшего шанса, что девчонка пострадает.

…

В резиденции Лина сразу же поднялась к Марку. На людях пара вела себя сдержанно, ничем не показывая своих отношений, но за дверьми кабинета можно было расслабиться, что понтифик и сделал, жадно поцеловав девушку в губы.

Девушка не стала поднимать с ним вечернюю ссору, да и высший уже о ней не вспоминал.

– Есть одно дело, для которого ты нужна.

– Сложное?

– Как сказать. Сейчас все узнаешь.

В дверь постучали.

Вошедший, не дожидаясь разрешения, молча открыл дверь, кивнул головой в приветствии и вошел в кабинет.

– Добрый вечер, Дитрих.

Марк первым протянул ему руку для приветствия. Отношение Лины к Палачу немного изменилось после суда над Ланевским. Она была благодарна Дитриху, пусть и как исполнителю, за то, что тот выполнил наложенное Марком наказание, и таким образом отомстил за нее. Да, может это и выглядело несколько извращенно и неправильно, но девушка даже перестала его бояться. Почти.