Назимов тяжело дышал, будто пробежал не один километр. Он запустил руку под воротник рубашки и ослабил узел галстука.

– Черт знает… – сказал он. – Что-то накатило…

Он постоял немного и потом побрел к выходу. У двери остановился и громко сказал:

– Простите! – Потом добавил: – Приятного аппетита!

– К машине! – сказал он на улице. – Будем перегонять!

Оператор пожал плечами.

– Как скажешь…

Они уже направлялись к телевизионному микроавтобусу, как вдруг Назимов заметил черный «БМВ» с мигалками на крыше, стоявший у противоположного входа.

– Кого это принесло? – сказал он в пустоту. – Пойдем-ка, взглянем.

Водитель сидел в машине. Назимов согнутым пальцем постучал в тонированное стекло. Стекло медленно опустилось.

– Чего? – спросил водитель.

Назимов показал ему удостоверение с надписью «Пресса».

– Пару вопросов.

– Ничего не знаю.

Алексея всегда удивляло, как эти люди – мелкие холуи – умудряются себя подать. С ходу и не разберешь, кто кого возит.

– Спасибо. Кто твой шеф?

Водитель криво усмехнулся. Стекло поползло вверх. Назимов придержал его рукой.

– Это что, секрет?

– Парень, не трогай машину, – с угрозой сказал водитель.

– Вот как? – Назимов дернул за ручку двери.

Водитель поспешно нажал на кнопку блокировки и прикрикнул:

– Убери руку!

– Да я уберу. Ты просто скажи, чьих будешь? Кому служишь?

Водитель недобро покачал головой.

– Да ты ненормальный.

– А ты – нормальный? Вы все тут нормальные, да? Под землей люди гибнут. Вон оттуда их выносят. Иди посмотри!

– А я здесь при чем?

– Ни при чем. Никто ни при чем. Тогда зачем ты приехал? Кого привез?

Назимов почувствовал, как на его плечо легла чья-то рука. Он оглянулся – оператор.

– Леш, может, хватит уже? Чего ты ко всем пристаешь?

Он убрал руку Назимова и отвел журналиста в сторону.

– Ты завалишь репортаж, понимаешь? Тебя ведь после этого даже на дециметровый канал не возьмут. Ты вообще соображаешь, что делаешь?

Назимов посмотрел на «БМВ». Водитель вылез из машины и доставал сигареты. Алексею показалось, что его руки немного дрожат.

Он подошел к водителю и протянул зажигалку.

– Ладно. Не сердись. Работа…

Водитель закурил и бросил быстрый взгляд на двери станции.

– Маев здесь. Начальник метрополитена. Он тебе все равно ничего не скажет. Здесь такое творится… Лучше и не подходи к нему. Пресс-служба даст комментарий, но попозже.

Назимов стоял, вслушиваясь в каждое слово.

– А что там вообще произошло?

Водитель снова оглянулся.

– Вода прибывает. Очень быстро.

– Что значит «очень быстро»?

– Значит, что, если не принять никаких мер, всю линию может затопить.

– И что теперь делать?

– Останавливать воду, – как о чем-то само собой разумеющемся сказал водитель.

– Как?

– Есть средства… Только…

– Только что?

Водитель бросил на асфальт окурок.

– Только не все успеют выйти.

Они замолчали. Каждый молчал по-своему. Каждый не глядел на другого.

– Зачем ты это сказал? – спросил Назимов.

Водитель недоуменно вскинул брови.

– Я тебе ничего не говорил.

– Понял…

Назимов развернулся и побрел к микроавтобусу. Надо было перегонять материал в студию.

Он чувствовал себя совершенно разбитым и опустошенным.

Молодой человек с пышным начесом, скрывающим раннюю лысину, стоял с микрофоном в руке на площади автобусной станции.

– Мы ведем свой репортаж от станции метро «Тушинская». К сожалению, мы пока не располагаем никакими достоверными сведениями о том, что случилось в перегонном тоннеле между «Тушинской» и «Щукинской». Определенно можно утверждать одно – произошла очень крупная катастрофа. Количество жертв уточняется, но уже можно сказать, что их не менее ста человек.

«И скорее всего будет еще больше…» – добавил про себя Назимов.

Он не сказал это вслух, но Ирина смогла прочесть это в его глазах.

Она покачнулась. Высокие каблуки внезапно показались не такой уж надежной опорой, а мраморный пол – отполированным до блеска гладким льдом.

Если бы не охранник дядя Вася, вскочивший со стула и схвативший ее под руку, она бы обязательно упала.

– Телефон… – слабо сказала Ирина.

Охранник поставил перед ней аппарат.

– У тебя там кто-то… Да?