Шрифт:
Фрейд садится рядом с Мейнертом и берет карты, которые ему протягивает Брейер.
Мейнерт(неприятным тоном). Вы, конечно, играть не умеете?
Брейер (снисходительно). Мы научим его игре, если он будет слушаться. (Представляя Фрейда другим.) Мой сын.
Фрейд встает и кланяется.
Мейнерт (представляя Фрейда). Мой сын.
Фрейд встает и кланяется.
Флисс (подхватывая эту игру). Мой сын!
Фрейд встает и кланяется.
Голос Брейера за кадром. Ну вот, лед тронулся.
Всех забавляет острота Брейера, и они повторяют ее, тыча во Фрейда негодующими перстами.
Все (кроме Фрейда). Тронулся! Тронулся! Тронулся!
В кадре Брейер, который сидит спокойно и держит (вместо карт, что были у него в руках раньше) открытую книгу.
Брейер. Каждый обязан плутовать. (Говоря это, он вырывает из книги страницы и бросает их на столик так, словно это карты. Обращаясь к Фрейду.) А вы притворяетесь, будто этого не знаете.
Мейнерт. Вы полагаете, он научится?
Флисс (так, будто говорит о ребенке). Конечно, научится (Фрейду.) Послушай, малыш, тебе лишь надо поступать, как я.
Мейнерт. Нет, господин Флисс, как я!
Брейер. Прошу прощения. Он должен поступать, как я.
Флисс (смеясь, показывает на Фрейда). Он – нескромный малыш.
Все (смеются). Да, малыш нескромный! Малыш – всезнайка! А нескромность – порок гнусный.
До сих пор Фрейд выглядел пристыженным. Он мучился от стыда, как ребенок.
Внезапно он ударяет кулаком по столу и громовым голосом кричит.
Фрейд. В этой игре нужен мертвец.
Трое мужчин смотрят на него: они перестали смеяться, у них удивленный и испуганный вид.
Мейнерт (снежностью и печалью на лице склоняется к нему). Неужели, малыш мой, ты этого не знаешь? Ведь в эту игру играют с тремя мертвецами! Три мертвеца и один живой. Мертвецы – мы, а ты – сирота.
Фрейд поворачивается к Флиссу. Того на месте не оказалось. Он оборачивается в сторону Мейнерта и Брейера: они тоже исчезли.
Голос за кадром. Предъявите билеты! Он оборачивается на голос перед ним Якоб Фрейд – его отец.
Якоб (указывая на пустые места). У них не было билетов, поэтому они и умерли.
Фрейд (слабым, детским голосом). Я думал, они меня защитят.
Фрейд смотрит на пустые места.
Якоб (голос за кадром). Зря думал, дорогой мой! Забыл о контроле над собой? Это я, контролер, помогу тебе. Я тебе помогу! Я! Ваш билет.
Фрейд оборачивается к контролеру – это уже не Якоб, а человек с худеньким личиком, с жидкими усиками, который трясет его за плечо.
Фрейд (протягиват контролеру билет). Вот.
Пока контролер пробивает билет, трое мужчин (они снова стали настоящими картежниками ) тоже протягивают свои билеты.
Контролер (закончив свое дело). Доброй ночи, господа.
Наступила ночь, зажглись лампы. Фрейд, окончательно проснувшись, сидит, упершись локтями в колени и сжав голову руками, погрузившись в свои мысли.
Голос Фрейда за кадром. Сон… Он ведь что-то значит. Это маленький невроз. Компромисс между желанием уснуть и… Чем еще? И другим глубоким желанием, которое жаждет волощения. Это желание тут же получает галлюцинаторное удовлетворение! Так плачущему ребенку дают погремушку. Чего же я хочу? (Перед ним, в двойном экспонировании, потому что речь идет просто о воспоминаниях, а не о самом сне, трое «отцов» (Мейнерт, Брейер и Флисс), играющих в карты. Игры трех мертвецов с одним живым.) Освободиться от них? Идти вперед в одиночку?