Кабинет Артура Робертовича Суюнова отчетливо намекал на восточное происхождение хозяина. Много орнамента на стенах и мебели, в шкафах много чеканной металлической посуды с тонкими носиками и на тонких же ножках. Обязательные резные нарды на столике у окна. И сам хозяин посреди этого великолепия выглядел по-восточному приветливым и гостеприимным. Маленький, плотненький, с пышными черными волосами, которые у него начинали расти почти от самых бровей, он катался по кабинету, потирал пухлые ручки и не переставал хвалиться. Это тоже было по-восточному.

Оказалось, что секретарша еще вчера сообщила хозяину, что приехал деловой человек из Самары. И Суюнов строго приказал утром, как только человек объявится, сразу вести его в кабинет. Антон с удовольствием узнал, что, в отличие от Мамаева на своей рыбьей ферме, Суюнов на заводе был не просто директором, но и собственником. Единственным ли, непонятно, но это и неважно.

— Самара — это хорошо, это большой город, — со знанием дела кивал Суюнов головой на короткой шее. — Значит, вы представляете рестораторов, да? Это хорошо. Я такие вина могу делать, я такое виски могу запустить в производство, что американцы от зависти лопнут! А чей коньяк лучший, знаете? Вы армянский пили? Вот я вам сейчас наш дам попробовать… — Суюнов вдруг чуть не подпрыгнул от восторга: — А пошли в дегустационный зал! Я там такой ремонт сделал, так теперь не то что пить, там спать приятно, оттуда выходить не хочется. У меня двадцать сортов вин…

Антон не переставал вежливо улыбаться, а мысленные стоны окружающим были не слышны. Не всякий может спокойно переносить восточное хвастовство. К такому нужно привыкнуть, это нужно понимать и делать определенную скидку на менталитет. Причем скидку в том числе и арифметическую, когда хозяин злоупотребляет цифрами. Примерно на один или два порядка вниз.

— Благодарю, но давайте не сегодня, а то я не планировал у вас надолго задерживаться, — попытался «сдать назад» Антон. — Дегустация — это процесс. Во время него нельзя торопиться, нельзя думать о других делах. Когда дегустируешь вина, нужно думать только о винах и женщинах.

— О-о! — восхитился Суюнов. — Как хорошо сказал, а! Вино — как женщина, как хорошая женщина. Им не устаешь наслаждаться.

Отбиться от дегустации сегодня Антону удалось. Правда, придется в интересах операции, в целях налаживания контакта это мероприятие все же запланировать. Суюнов — человек общительный, наверняка с обширными связями, любит поговорить. С такими дружить, дружить и дружить надо. И Антон терпеливо выслушивал рассказы о винах, которые запущены на конвейер, которые могут быть запущены, потому что все ингредиенты имеются. И особенно утомительно было выслушивать подробности о достоинствах различных сортов вин, потому что эпитетов Суюнов не жалел. Все у него было самое-самое, все было особенное.

Надо отдать должное: дело свое винодел, кажется, знал и уж совершенно точно любил. Понятно, что перед потенциальным оптовиком, перед представителем ресторанной сети он распускал хвост еще активнее.

— Скажите, Артур Робертович, — спросил Антон, — а вы вчера в ресторане на дне рождения у начальника водной милиции были?

— А как же, — сразу же ответил Суюнов. — Нехорошо не быть. Уважить надо. Обязательно.

— Я так понял, что вы его не очень любите, да? — догадался Антон.

— Он не женщина, чтобы любить или не любить, — смутился Суюнов. — В одном городе живем, он начальник. Пусть не над всем городом, но у себя начальник. А кто знает, что мне завтра понадобится, как жизнь повернется. А вдруг мне этот человек будет очень нужен? Или какой другой, кто в ресторан пришел? Нельзя жить среди людей и сторониться их. Нельзя.

— Особенно людей нужных, — добавил Антон.

— Особенно нужных, — согласился Суюнов. — Вы вот не начальник у нас, а все равно я вас принимать буду хорошо. Потому что так нужно, потому что для людей живем, для людей работаем, для людей я свое вино делаю. Вы в Самаре живете, далеко отсюда, а все равно дорогой гость.

Ясно! Антон отвел глаза, чтобы не выдать попытки сдержать смех. Нужен я тебе, Суюнов, очень нужен. И именно потому, что я из Самары приехал, потому что я представляю интересы ресторанной сети.

— Вот за что я уважаю восточных людей, — серьезно сказал он, — так это за то, что вы очень доброжелательные, стараетесь жить со всеми в мире и согласии. У вас в крови философия здорового соседства. Вы, Артур Робертович, наверное, со всеми в городе в хороших отношениях, всех хорошо знаете?

— Конечно! А что, надо помочь, проблемы есть?

— Нет, просто я подумал, что вы можете меня представить кое-кому, если понадобится, так сказать, ввести в круг нужных людей.

— Какие проблемы! С кем скажешь, с тем и познакомлю. — Винодел вошел в раж и перешел на «ты». — Суюнову в этом городе все двери открыты. И не только в Белуше. Тебе в Астрахани с кем познакомиться надо?

— До Астрахани мы еще дойдем, а пока мне тут поработать надо. Мне же поставки продуктов питания нужно организовать, договора подписать.

— Икра нужна, — с сожалением констатировал Суюнов и покачал головой: — Плохо. Не в самый хороший момент ты приехал. Мамаев икру не продает, за него ее продают хозяева, которые в Москве. У них поставки за границу, за доллары и евро. А из других источников… — Он замялся на несколько секунд: — А из других сейчас будет сложно. Борьба тут у нас за власть идет, а кто победит, пока неизвестно.