И все-таки придется остановиться на этом варианте.

Я еще раз прикинул все «за» и «против» и сам себе кивнул.

Раз так, то и рассиживаться нечего. Не так уж далеко оставалось до полудня, то есть того времени, когда Гулгадан с пленниками должен оказаться в лагере. Не знаю, как ему это удастся, может, орки на себе людей понесут, но я был на все сто уверен, что полевой командир не посмеет заставлять главную шаманку племени дожидаться себя. Сказано было: «Буду ждать в полдень», а в ответ произнесено: «Клянусь!» — значит, из кожи вывернись, а клятву сдержи.

Да и наказание может последовать не шутейное. Шаманка не вождь и не старейшина, за невыполнение ее распоряжений смерть не грозит, а вот наделить нерадивого воина непрестанным поносом или мужским бессилием — она вполне сможет. Так что еще вопрос: какое наказание страшнее?

И на этот раз все удалось как нельзя лучше.

Накинув еще чуток кругаля, я вышел к склону так, что озерный холм прикрывал меня от любого постороннего взгляда. Пригибаясь к земле, едва не задевая макушкой травы, я взбежал наверх, а уже там лег плашмя и пополз к обрыву.

Вот и еще один минус, о котором я не знал: берега Чаши Покоя были абсолютно лысыми. На гладком, отполированном дождями и ветрами камне не выросло ни единого стебля. Ни единой травинки. И все пространство просматривалось от края до края. Впрочем, вариант, что отступать будет некуда, я учел. А причиной больше, причиной меньше — не существенно.

Наш ротный любил анекдот рассказывать о разборе учений. Разъяренный командир соединения спрашивает у начальника артдивизиона, почему пушки не стреляли. Тот поднимается и начинает по пунктам докладывать о причинах. Во-первых — то, а во-вторых — это. Но как только дошел до слов: «и еще нам снаряды не завезли», генерал оборвал рапорт. Потому что остальное не имело никакого значения.

Так и у меня. Сколько бы причин ни было «против», я уже здесь и никуда уходить не собираюсь.

Подполз к самому краю водопада и осторожно посмотрел вниз.

Надо отметить, очень вовремя. Группа Гулгадана уже была на расстоянии прямой видимости от лагеря.

Пока я сюда добирался, то есть с того изумительного по великолепию момента, когда смотрел на мир глазами орла, прошло больше часа. За это время та пара орков, что занималась земляными работами, не только закончила копать ямы, но даже успела установить в них двухметровые столбы. Три штуки ровно. Соответственно, чтобы догадаться, для кого именно их приготовили, особенных умственных усилий не требовалось.

Впрочем, так это или нет, скоро станет понятно и без гаданий. Увидев пеструю кибитку шаманки, которую нельзя было не заметить даже издалека, Гулгадан подогнал свою группу, помогая воинам тычками и ободрительными словами, а пленникам — пинками, размахивая при этом над головой обнаженным ятаганом.

Заметила их приближение и Богморна.

— Эй! Вы… — поманила она к себе тех самых орков, прежде устанавливавших столбы. Как оказалось, шум водопада мне совершенно не мешал. Я слышал каждое произнесенное шаманкой слово так отчетливо, будто стоял рядом. — Вынесите мой сундук.

Телохранители метнулись к повозке, откинули задний полог и выволокли наружу довольно объемный ларь. Но не тяжелый. Судя по тому, что свободной лапой один из орков прихватил еще и небольшой трехногий табурет.

Всю эту мебель они установили там, где указала шаманка. Метрах в десяти от костра. Похоже, мудрая Богморна не очень любила дым, а тыкать ему кукиш каждый раз, когда ветерок изменит направление, ленилась.

— Ты. — Она ткнула пальцем в ближайшего телохранителя. — К костру. Огонь должен гореть ровно, чтобы варево не бурлило.

— Я знаю, мудрая.

— Не перебивай, — проворчала та. — То, что ты знаешь, расскажешь своим женщинам. А я напоминаю, чтобы потом не пришлось наказывать. Понятно?

— Да. Спасибо, мудрая.

— Ступай. А ты, — она перевела взгляд на второго телохранителя, — пока тут постой.

Подняла голову, прислушиваясь.

— Они подходят или мне чудится рык Гулгадана?

— Идут, мудрая. Я уже вижу их.

— Хорошо. Проводи всех сюда…

Шаманка отпустила телохранителя, а сама уселась на табурет, опираясь ладонями на крышку сундука, как на стол.

Ждать пришлось недолго.

— Здравствуй, мудрая Богморна! — поприветствовал шаманку Гулгадан. Остальные орки тоже прорычали что-то похожее.

— И ты здравствуй, атаман Гулгадан, — ответила та. Демонстративно посмотрела на солнце и кивнула. — Я довольна. Ты умеешь держать слово. Прибыл, как и обещал…

— Разве найдется в степи хоть кто-то, имеющий достаточно глупости, чтобы не сдержать данного тебе слова, мудрая? — пожал плечами орк.