Хотя если поразмыслить, то можно было бы что-нибудь придумать: все же Виктору там, у него, сейчас уже около тридцати лет, и он успел получить техническое образование. Я же, автоматом получающий его знания, мог дать фору местным механикам, правда, не в практической области, а только в теоретической. Но все это, несомненно, вызовет подозрения, что явился очередной эмиссар Скаринга. Хотя, возможно, мой страх разоблачения преувеличен, ведь со времен Империи Живущего в Двух Мирах прошло почти пятьсот лет, и в Риттене уже вовсю поддерживают технические новинки. Но все же потрясение от вторжения нечисти в свое время было столь велико, что и сейчас иногда в таких глухих уголках, как наше герцогство, пылают костры, на которых предают огню тех, кто имел неосторожность попасть под подозрение как человек, имеющий связь с параллельными мирами. В общем, с новыми техническими идеями благоразумнее подождать.

Хотя это отнюдь не значило, что опыт, который дали сны о мире Виктора, не помог мне заработать денег.

Первая идея была навеяна информацией из снов о том, как функционируют таверны, пекарни и продуктовые магазины на Земле, точнее – кто их снабжает продуктами. У нас трактирщики, не сильно доверяя работникам, как правило, отправляли своих домочадцев на ярмарки, более или менее регулярно работавшие только летом. Кто-то имел поставщиков из села, но крестьяне очень редко поставляли продукты на постоянной основе: занятые то сбором грибов, то заготовкой сена они постоянно ломали график поставок. Оттого приходилось делать огромные запасы, которые зачастую или портились, или потихоньку разворовывались работниками. Закупать же собственный транспорт и нанимать людей ради поездок в села было не очень выгодным занятием.

Мы предложили свой вариант решения проблемы. Вначале, наняв телегу с лошадью, а потом и купив ее, стали поставлять в город продукты – сеть продаж сложилась еще по прежнему опыту. Первым клиентом и первым нашим маршрутом стала пекарня отца Расти. На реке за городской стеной еще ранее была поставлена водяная мельница. Тогда нововведение мало кого заинтересовало, но я предполагал, что скоро на мельницу потянутся телеги с зерном, а мельник получит в качестве платы за помол огромное количество муки. В общем, мы стали одними из первых, кто предложил помощь в ее реализации.

Говорят, мельницы Двуживущий изобрел пять сотен лет назад, а риттенцы переняли и с тех пор пользуются. Они-то, взяв в аренду землю у герцога, и поставили это чудо техники. Помол пошел на ура – кому охота целый день перетирать зерно для хлеба? Отец Расти раз в неделю нанимал телегу и сам отправлялся к реке, но мы избавили его от этой работы за один серебряный. Вроде мелочь и совсем не окупала овса, съеденного лошадью, но к концу первого месяца наша лошадка обслуживала пять пекарен в городе, и в том числе пекарню гарнизона, для которой муку требовалось возить дважды в неделю.

Следом пошли таверны. Нашли несколько поставщиков не далее чем в полудне пути от Клонеля и исправно везли в город овощи, фрукты, ягоды, грибы, мед, орехи, дичь – в общем, все, что сельчане обычно продавали на ярмарке. Покупался провиант даже со скидкой, многие просто не имели времени или желания ехать на рынок, а заезжим покупателям сбывали по деревенским ценам, то есть существенно ниже ярмарочных. Так постепенно график поездок оказался заполнен. В деревни ездили те из нас, кто был свободен от дел в городе. Прибыль получалась небольшой, но стабильной, продукты брали только на заказ, получая деньги за транспортировку.

Имя еще одной идеи, удивлявшей своей простотой, но сделавшей богатыми большинство самых богатых людей в мире Виктора, было «недвижимость». На скопившиеся за год пятьдесят золотых я приобрел ничем не примечательный дом в квартале ремесленников. Примечателен был район, в котором он находился: он располагался в непосредственной близости от рынка. Нашел его, собственно, не я, а папа, который, не имея опыта Виктора, интуитивно правильно распоряжался своими деньгами. Папа начал скупать дома в этом квартале еще три года назад, когда цена на них составляла чуть более двадцати золотых монет. Нашей семье принадлежало более двадцати домов в этом районе, и большую часть из них отец сдавал под склады, таверны, гостиницы и прочее.

Дело в том, что городской рынок уже давно перерос территорию, изначально определенную под торговлю. Клонель – столица герцогства, а рынок – центр его экономики. Сюда стекались купцы со всего королевства, да и иностранные гости заглядывали нередко. Крестьяне везли на продажу мясо, птицу, рыбу, овощи, фрукты, зерно. Местные купцы выставляли кожу, металл, ткани – все, чем был богат Клонель. Гости привозили товар из разных уголков человеческого анклава, а иногда и дорогие изделия эльфов, гномов и орков. Поэтому рынок рос, поглощая близлежащие дома, но с одной стороны он упирался в кварталы кожевенников и кузнецов, за которыми следовали трущобы нищих. Покупать дома для торговли в квартале кожевенников и кузнецов никто не хотел, во-первых, из-за опасного соседства, а во-вторых, из-за шума, копоти и вони, которые эти две части города постоянно источали. С двух других сторон рынок упирался в городскую стену. Поэтому наиболее перспективным с точки зрения расширения являлся квартал ткачей, узкой полосой протянувшийся между улицами купцов и городским рынком. Там и был приобретен первый дом.

Узнал о продаже дома Расти. На одной из распродаж кто-то из зевак упомянул, что соседка переезжающих, тетушка Бри, также собирается продавать дом, но просит за него несусветные шестьдесят золотых. Мы с Расти посетили тетушку на следующий день. Участок, принадлежащий ей, находился в пятидесяти шагах от шумного рынка, и она, давно отошедшая от дел, мечтала переехать в местечко поспокойней. Женщина, измученная шумом базара, сопротивлялась недолго, на предложенные пятьдесят золотых тетушка Бри согласилась спустя три дня.