Шрифт:
– И как он не боится, что поверенный его пристукнет за этот клад? – прошептал инспектор.
– Да он ненормальный какой-то, – отозвался Сирил. – Потому и не боится.
– Вообще-то мы уже достаточно услышали, – сказал тот. – Надо их как-то выкурить оттуда…
– Хоггарт, сможете их напугать? – спросил я. Меня тянуло отомстить Адамсону за испуг тетушки и синяк кузена.
– А то! – расплылся тот в широкой ухмылке. – Лиззи, детка, пойдем-ка развлечемся!
– Стойте! Я тоже хочу! – встрял Сирил. – Зря я тренировался, что ли, столько времени?
– Что?! – не поняли мы с инспектором, но кузен уже скрылся в кустах, и вскоре из ближайшего перелеска донесся заунывный вой.
– Звуковое оформление что надо, декорации тоже, – изрек я. – Хоггарт, можете приступать…
На небе светила полная луна. В замшелых развалинах обуянные жаждой наживы кладоискатели исступленно долбили слежавшуюся землю.
В перелеске вдохновенно выл Сирил. На волка он пока не тянул, но роль оборотня в провинциальном театре получил бы с легкостью.
– Волки, что ли? – тревожно спросил Бабкок.
– Откуда тут волки?! Шавка какая-то воет… Дайте заступ, – велел Адамсон, и тут Хоггарт и миссис Грейвс спикировали в едва светящийся проем…
Ничего не произошло. Ни сейчас, ни через пять минут. Охрипший Сирил умолк, прошуршали кусты, и кузен появился рядом с нами.
– Ну что? – спросил он.
– Ничего, – развел я руками, и тут объявились Хоггарт с подругой.
– Не выходит! – выпалил он. – Не пробиться к ним! Это, наверно, его дрянь волшебственная… Я еще там, на квартире подметил: не могу близко подобраться, а он сам меня даже по ночам не замечает!
– Эх, придется действовать живым, – усмехнулся Таусенд. – Только, по-хорошему, предъявить-то этим кладоискателям особо и нечего – поди докажи, что за всей этой историей они стояли!
– Хоггарт! – позвал вдруг Сирил. – А вы можете еще кого-нибудь позвать? Посильнее? Нет, я не в том смысле, что вы слабак или еще там что… Я просто подумал: если б этому Адамсону правда какой-нибудь древний призрак явился, ну, из тех же времен, что это кольцо, вдруг оно не подействует и он его увидит? То-то потеха будет!
– Не-не, парень! – замахал тот руками. – К древним не полезу! Ну их, пришибут еще спросонок, потом заново воплощаться года два придется… Ваши предки тут жили, вы их сами и вызывайте!
– А что, это идея… – задумчиво сказал я.
Молодец все же Хоггарт – как чувствовал, что мои «волшебственные» вещи могут сегодня пригодиться!
Я принялся вынимать из карманов свой магический арсенал. Инспектор открыл было рот, чтобы задать какой-то вопрос, но тут же передумал. Только следил заинтересованно за моими действиями.
– Виктор, ты что… – начал Сирил (вот он-то как раз особой сообразительностью не отличался).
Я предупреждающе поднял руку и огляделся в поисках подходящего камня. Признаюсь, познания мои в области вызова духов зияли такими прорехами, что, доведись мне кому-то объяснять свои действия, я запутался бы на второй фразе. Оставалось уповать только на прочитанные в детстве легенды, а также на… хм, наследство. Я мимоходом взглянул на кинжал и подивился: лезвие его, до того темное, потускневшее, вдруг в свете луны заблестело, как гладь озера.
– Молчите, пожалуйста, и не мешайте мне, – попросил я и сам удивился тому, сколь отстраненно звучал мой голос.
Сирил попытался что-то сказать, но инспектор дернул его за рукав, и кузен умолк.
Искомый камень нашелся быстро, в нескольких шагах от меня возвышалась каменная пирамидка примерно мне по пояс, увенчанная плоским валуном. Как по заказу!
Я подошел к ней и выложил на камне свой арсенал: бутылку, кинжал и полотняный мешочек. Удовлетворенно оглядел получившуюся композицию, в которой недоставало только стакана и закуски, и глубоко вздохнул. Пока начинать.
Откупорив бутылку, я сделал традиционные три глотка, проколол острием кинжала палец на левой руке, поморщился и щедро плеснул на землю из бутылки.
– Духи предков, духи этой земли, явитесь на мой зов и разделите со мной этот напиток! – произнес я нараспев. Должно быть, со стороны это все смотрелось высокопарно и донельзя глупо, однако в этот момент мне было не до наблюдений.
Я трижды полил землю кактусовой водкой, повторяя все ту же фразу.
– Ты что, потомок, озверел? – ворчливый голос откуда-то из-за камней заставил меня вздрогнуть (признаюсь, я едва не перекрестился). – Такой напиток на землю лить?!