М-да. Я с силой сжал переносицу, пытаясь сосредоточиться. Возможно ли, чтобы Адамсон и Бабкок решили… заколдовать лорда Блумберри, его семью или лошадей (хотя, пожалуй, лошадей тоже стоило отнести к членам семьи)? Я кивнул, соглашаясь с этой мыслью: Адамсон показался мне достаточно безумным, чтобы отважиться на такое. Саму возможность магического воздействия я, в силу обстоятельств, отбросить не мог. Выходит, лорда Блумберри нужно срочно спасать! Если от обычных угроз он способен защититься сам или с помощью слуг, то перед угрозой магической, боюсь, совершенно беззащитен.

– Ты это… может, тоже чего захватишь? – вклинился в мои размышления голос Хоггарта. – Чего там у тебя есть… волшебственного?

Я едва не вскричал по примеру знаменитого ученого: «Эврика!» – и бросился к шахматному столику. Пальцы мои привычно выстукивали код, а я искоса наблюдал за Сирилом. По мере того как я извлекал из тайников бутылку, кинжал и свой драгоценный мешочек, глаза кузена делались все больше, пока не стали походить на совиные.

– Это что? – спросил он наконец как-то беспомощно. – Зачем?

Да уж, кинжал нисколько не походил на столовый нож, да и содержимое мешочка, которое я второпях рассыпал, тоже сложно было с чем-то спутать.

– Сам не видишь? – ответил вопросом на вопрос я, запихивая в карман бутылку. Наверное, походил я при этом на подгулявшего арендатора, прихватившего немного выпивки из паба домой, но тут уж ничего не поделаешь: до зимы, когда все это богатство можно будет спрятать в складках пальто, еще далеко.

– Я еду с тобой! – решительно выпалил Сирил.

– Уверен? – Я бросил на него взгляд.

– Да! – Сирил мимоходом притронулся к своему роскошному синяку, за эти дни налившемуся разными оттенками зеленого и синего. – Это те типы, которые… – Он сбился, подумал и закончил: – Ну, те, которые приказали меня подловить?

– Не думаю, чтобы Адамсон велел тебя бить, – честно признал я. – Скорее это была личная инициатива его подручных. Но в целом да, за этой историей стоит он.

– Тогда у меня к нему счет! – воинственно сообщил кузен, и я не стал спорить. – Я переоденусь только!

Он торопливо выскочил из кабинета, а я осмотрел свой пиджак и, сочтя, что он вполне сойдет для ночной вылазки, позвонил Ларримеру.

– Немедленно свяжитесь с инспектором Таусендом, – велел я, как только он объявился на пороге. – Предупредите, что я заеду за ним через пятнадцать… нет, через десять минут!

– Да, сэр! – Дворецкий склонил седую голову и вышел.

Я рассовал по карманам оставшийся арсенал (и огнестрельный, и… специфический, так скажем) и спешно направился к выходу. За мной в кильватере следовал Хоггарт…

Выскочивший из своей комнаты Сирил воинственно размахивал кочергой и, судя по блеску в глазах, настроен был весьма решительно. Однако рукопашная нам вроде бы пока не грозила, а швырять кочергу в едущий впереди автомобиль… Я вообразил эту сцену и подавил смешок. За спиной моей сдавленно хихикал Хоггарт, а Ларример, как обычно, совершенно невозмутимый, держал два зонтика и наши с кузеном шляпы.

– Сирил, – окликнул я кузена насмешливо, – ты умеешь метать кочергу?

– Ну… – вдруг засмущался он. – Не идти же с пустыми руками!

Оставалось только вздохнуть и отдать Сирилу отцовский револьвер, прихваченный мной из сейфа. Незаряженный – не хватало, чтобы кузен себе что-нибудь отстрелил. Впрочем, этой огромной штуковиной можно пользоваться как дубинкой.

Сирил попытался было занять место водителя, однако я наотрез отказался пускать его за руль. Знаю я, как он водит! Особенно после «капельки» коньяку…

Стоило автомобилю тронуться с места, как кузен не выдержал.

– Откуда у тебя все это? – Он смотрел на меня с детским любопытством.

– Наследство! – коротко бросил я, усмехнувшись. М-да, можно и так сказать…

– Наследство? – переспросил Сирил недоверчиво. – И кто тебе его оставил?

– Предки, – снова усмехнулся я, вглядываясь в едва освещенную фонарями дорогу. Впереди сумасшедшим светлячком скакал Хоггарт. – И один знакомый…

– Я его знаю? – заинтересовался Сирил.

– Нет, – уверенно ответил я, поскольку кузену пока не доводилось покидать берега благословенной Англии.

– Не хочешь рассказывать – не надо, – надулся Сирил. – А то говоришь загадками!