— Что с тобой, Слав? — спросил Юр. — Приложи руку.

Волод неуверенно протянул руку и вовремя заметил еле заметную нишу в самой середине двери. И вспомнил, как в первый раз открывал дверь в своем новом доме. Он не мог ее открыть, потому что дверь умела распознавать руку хозяина! А что, если и здесь то же самое?

Ладонь Волода медленно коснулась двери. Стоящий за спиной Юр молчал, и его молчание еще больше пугало Волода. Он что-то чувствует, он знает! Володу захотелось развернуться, опрокинуть охранника и бежать, но он помнил, с какой легкостью гмор расправился с пятью здоровыми парнями! Такого не опрокинуть и не пройти…

Раздался пронзительный сигнал и вслед за ним женский голос:

— В доступе отказано!

— В чем дело, Слав? — спросили из-за спины.

— Я… я не знаю! — Волод повернулся к Юру, и, стараясь скрыть растерянность, продолжил:

— Такое же случилось у меня дома. Дверь не хотела открываться… Пока ее не починили.

— Сбой? — неуверенно произнес Юр. — Странно.

В тот же миг в коридор ворвались вооруженные энерганами гморы. Волод замер, глядя в нацеленные на него стволы. Все, это конец…

— Это ты, Юр? — произнес один из охранников, опуская ствол. — Поступил сигнал о несанкционированном доступе. Кроме вас, здесь никого не было?

— Только мы. Похоже, что-то с системой доступа. Почему-то она отказала Славу, — спокойно сказал Юр.

— Я вызову правителя, — сказал гмор, нажимая невидимую кнопку на одежде. — Господин правитель, мы у ваших дверей… — заговорил он будто с самим собой. — Система охраны отказала в доступе вашему сыну. Он здесь вместе с Юром.

— Я вызывал его, пусть войдет, — голос правителя донесся непонятно откуда, внутри двери щелкнуло, и она отъехала в сторону. Волод успел заметить, какой толщины сталь была там. Наверно, и из энергана не пробить!

Он шагнул в комнату, Юр остался снаружи. Заметив телохранителя, Изагер спросил:

— У тебя какие-то вопросы, Юр?

— Нет. Я просто сопровождал вашего сына, как он этого хотел.

— Хорошо, ты свободен.

Дверь медленно закрылась. Волод и Изагер остались вдвоем.

— Как твое самочувствие, сын?

— Хорошо.

— Не стой, садись, — Изагер указал на кресло рядом со своим столом. Волод сел.

— В прошлый раз я был резок с тобой… Но определенные обстоятельства требуют определенных действий, ты должен это понимать.

Волод кивнул. Пока он не понимал ничего, но был готов соглашаться с каждым словом отца, лишь бы он ничего не заподозрил. Он понял, что внешняя схожесть со Славом помогла ему обмануть всех, но дьявольскую электронику гморов не обманешь! Вопрос только в том, как долго будут ему верить…

— Итак, ты знаешь о моих планах. Мы должны завоевать плато Краба любой ценой, — стол, за которым сидел Волод, внезапно осветился изнутри, и пораженный юноша увидел перед собой Пойму, только совсем крошечную! Горы высотой с полпальца, а гмород едва ли больше ногтя. Карту усеивали разноцветные огоньки, а неподалеку от гморода возвышалось плато, над которым завис палец правителя.

— А где я упал, отец? — спросил Волод. Ему вдруг захотелось узнать, где его дом.

— Ты не знаешь? Вот здесь, — палец Изагера указал на горные отроги далеко на севере. Чтобы дойти до гморода, ему, Володу, пришлось бы пересечь весь мир! А спасательный корабль долетел до гморода очень быстро! Волод смотрел на пустоши, представляя, что где-то там сейчас живет его клан, клан Севера, его мать и маленький брат, все, с кем он вырос и знал с тех пор, как научился ходить. Они затерялись на карте, исчезли в огромной прожорливой Пойме, пропали навсегда…

Волод так задумался, что пропустил часть речи Изагера и, спохватившись, стал внимательно слушать дальше.

– … отряды варваров уже сформированы. Время атаки определено. Остались некоторые вопросы, в том числе и имя командующего.

Изагер испытывающе посмотрел на Волода.

— Прошлую операцию ты провел в целом успешно. Меня беспокоит лишь твоя… мягкотелость.

Волод слушал. Что он имеет в виду?

— Мой сын и наследник должен быть сильным. Должен идти к цели, несмотря ни на что! Слав, я жду от тебя поступков настоящего правителя. Бескомпромиссных, если надо, жестоких — но поступков, а не рассуждений о добре и зле! Любое действие оправдано, если оно служит интересам народа, а ты и есть народ, ибо избранный правитель есть голос и воля всякого народа! Ты понимаешь меня, Слав?

Волод проглотил нервный ком:

— Я буду сильным, отец. Я сделаю все, что ты велишь.

Изагер удовлетворенно кивнул:

— Я знал, что ты это скажешь. Я горжусь тобой, Слав, и верю, что ты меня не разочаруешь.

— Я сделаю все! — подхватил Волод, понимая, что сейчас тот момент, когда можно смести все подозрения. Если он выполнит задание правителя, то завоюет его доверие навсегда. — Я слушаю тебя, отец!

— Ты изменился, сын, — довольно произнес Изагер. — Я слишком мало вижу тебя, но вижу, как ты изменился. У тебя стал другой взгляд. Ты повзрослел.