Рядом с деревянной клетью опять послышались ругань, и кто-то ударил по ней кулаком. Этот звук отозвался в ушах Джареда гулким эхом.

Очень скоро все стихло, но беглецы продолжали сидеть не двигаясь; индеец, как и прежде, зажимал Джареду рот рукой. Прошло еще минут десять. Убедившись, что опасность миновала, индеец и матрос взялись за дело. Снова послышался стук и скрежет вытаскиваемых гвоздей — они снимали одну из стенок клети. Весь сжавшись, Джаред принялся лихорадочно обдумывать план побега. Только бы вырваться! Вдруг ему удастся оторваться от них на складах или прыгнуть с пирса в воду и сбежать вплавь? Да пошлет ему судьба хоть какой-нибудь шанс!

Вот, может быть, теперь, когда открыли клеть… Джареду показалось, что он сейчас схватит удачу за хвост. На какую-то долю секунды матрос отпустил руку пленника, и тот, ударив матроса плечом, повалил его на землю. Развернувшись, Джаред попытался проделать такой же финт с индейцем, однако он оказался попроворнее — падая, индеец не выпустил руку пленника и увлек его за собой. Теперь все трое лежали на земле.

— Джаред Морган! — услышал пленник женский голос. — Мы хотим спасти тебя!

Это был хорошо знакомый ему голос. «Не может быть!» — еще пытался Джаред удержаться на стороне разума, пока ему снимали с головы мешок. Сколько раз за сегодняшний день мир его переворачивался!

Меж тем все было просто — над ним стояла его сестра Присцилла.

В полном оцепенении Джаред переводил взгляд с одного на другого. Присцилла — матрос — индеец. Что за компания? Индеец — матрос — Присцилла. С Джаредом все в порядке? По счастью, его спас матрос — улыбаясь, он стянул с головы свою монмутскую шапочку.

— Привет, братишка!

— Филип!

— Конечно, я. Кстати, хочу познакомить тебя с моим другом. Это Вампас, — вставая, Филип кивнул на индейца. — Вампас, а это мой брат Джаред.

Пока власти были заняты преследованием уплывшего от них на шлюпке Веселого Моряка, Джаред и три его сообщника потихоньку вернулись в город и укрылись в доме, всего на две улицы отстоявшем от виселицы. По расчетам Филипа, который разрабатывал план побега, власти Чарлстона будут считать, что Джаред направился на Багамы, известное убежище для многих пиратов. Так оно и вышло. В Чарлстоне их не искали. Через несколько дней волнения улеглись, и жизнь в городе вернулась в привычное русло. На улицах и в тавернах перестали вспоминать о Веселом Моряке, который, как все полагали, уплывал все дальше и дальше на юг. Теперь следовало выждать еще с недельку, и можно было возвращаться в Бостон. Присцилла и Вампас прибыли в Чарлстон на борту брига «Спасение» — недавнего приобретения Присциллы для Товарищества «Искупление». Этому судну, вообще-то занимающемуся перевозкой грузов, на сей раз предстояло везти и совершившего побег пирата.

— Мне не верится, что ты был пиратом! — начал разговор Филип. Молодые люди сидели в гостиной небольшого дома, принадлежащего другу Питера Гиббса, тоже хозяину таверны, который уехал ненадолго в Филадельфию навестить родственников. Вампас, Филип и Джаред уютно устроились в креслах, намереваясь отпраздновать свою победу. К ним скоро присоединилась и Присцилла, которая вернулась в гостиную, держа в руках большой поднос с нехитрыми закусками и ароматным чаем.

— Вряд ли ты себе представляешь, что значит быть пиратом, — не очень охотно принялся рассказывать Джаред. — Во всяком случае, на борту «Голубки». Наш капитан Деверо был лучшим парнем на свете, а мы совсем не кровожадные головорезы, жаждущие денег и мести. Только раз матросы рвались отомстить за зверство и жестокость капитану одного торгового судна, но Деверо под страхом смерти запретил нам поднять руку. В следующем бою он поплатился за свой приказ жизнью…

— Как Деверо погиб?

— Тот самый капитан «торгаша» выстрелил ему в спину.

— Да уж, — вздохнул Филип, — далековато от банальных историй про пиратов.

Джаред подался вперед, глаза его загорелись.

— Мы жили на корабле в особом мире, — сказал он. — Каждый человек был на вес золота и знал, что его ценят, а трудности нипочем, когда ты нужен. Вместе мы придумывали законы, вместе выбирали капитана и первого помощника, общим советом решали все споры. И не было ни короля, ни диктатора, самая настоящая демократия. По-моему, колониальным правительствам не грех у нас поучиться.

— Ты хочешь сказать, что им нужна демократия? — вмешалась в разговор Присцилла. — С этой демократией в колониях сразу начнется анархия.

Вампас привстал с кресла, машинально расправляя свою льняную рубаху.

— Похоже, и с пиратами, как с индейцами. Какие мы на самом деле, почти никто не знает.

— Могу это подтвердить, — поддержал друга Филип.

Джареду очень хотелось сменить тему разговора. Он давно собирался узнать у Филипа подробности своего побега.

— Зачем вы накинули на меня мешок? Я решил, что меня схватили люди Коула.

— Ну а если бы ты, увидев меня, закричал: «Филип!»? Думаешь, это прибавило бы нам шансов на успех? Тебе лучше было не знать, кто тебя спасает. Мы и надеялись, что ты не успеешь нас разглядеть.

Джаред засмеялся.

— А я разглядел — опять они, индеец и матрос! Но к чему вы затеяли такой маскарад?

— Несколько дней назад я увидел эту парочку в доках: раз уж они объявились в Чарлстоне, пришлось их взять в компанию.