– И с чего ты решила, что я рыбак?

– Кем бы ты ни был, но мозгов у тебя как раз ровно столько, чтобы рыбу ловить. Да и та поумнее тебя будет. Мало того, что ты видел как госпожа Сакра плачет. А ведь она плакала из-за таких оболтусов как ты и твой друг. Все, а теперь ступай спать, герой,- она развернула его в направлении их с Лентином комнаты.

– Эй, минуточку, так не годится, и откуда позволь узнать, ты вообще знаешь Сакру?

– "Госпожу Сакру". Теперь вы оба будете обращаться к ней не иначе. Я вообще не понимаю, зачем вы оба ей понадобились. Но, значит, такова ее воля.

– Ее воля? О чем ты?
– вырвалось у Рейтана. Дверь рядом с ними приоткрылась на миг, и хриплый голос бросил что-то насчет пьяных невежд, что не дают честным людям выспаться.

– Я предупредила тебя. Завтра мы еще поговорим о твоем сомнении насчет госпожи Сакры.

– Да ты что, в ее охранники нанялась?
– опешил Рейтан.

– Я тебя предупредила,- отвернувшись, девушка захлопнула дверь одной из комнат прямо перед его носом.

Быстро, стараясь не наступать на самые скрипучие доски настила, Мистрал скользнул в полумрак коридора. Он освещался единственным фонарем, закрепленным у лестницы, ведущей вниз и вверх, к другим палубам. В этот час даже самые заядлые игроки в "шестьдесят", так любимой среди экипажа, уже видели десятый сон. Из двух рядом стоящих дверей доносился весьма внушительный храп. За остальными царила тишина. Но везде его слух преследовал темный шум морских волн и звон невидимых колокольчиков. Возможно поэтому его воображение рисовало в тенях, притаившихся под лестницей уродливые силуэты неведомых чудовищ, о которых упоминал Герда. Он говорил, что именно в такие ночи...

– Опасная ночь, чтобы вот так гулять. Прекрасно, не правда ли? Как интересно ложатся тени вон там, на стене у лестницы...

При этих словах, произнесенных мягким, вкрадчивым тоном, Мистрал подпрыгнул на месте, как ужаленный. Прямо позади него стоял священник.

– Кажется, вам тоже не спится?
– чтобы как-то спасти себя в его глазах, спросил юноша в ответ.

– Значит вы составите мне компанию? Звездные ночи на море бывают прекрасны. Говорят именно в одну из таких ночей и был создан этот мир.

– Создан?

– Ну, я так читал, по крайней мере,- уклончиво отвечал священник.

– Что-то я не припомню, чтобы об этом говорилось в Коде Ардалии,- с сомнением произнес Мистрал.

– Ах да, весьма забавная книжица. Но в ней много неточностей, а то и прямого вранья.

– Не может быть!
– Мистрал, позабыв обо всем, во все глаза глядел на того, кто в таком тоне говорил о самой священной книге мира.
– Но ведь вы же священник. Вы не можете...- что именно было такого невозможного здесь, юноше никак не удавалось сформулировать.

– Подвергать сомнению священный текст? Вы это хотели сказать, господин Мистрал?
– помог ему священник.- Но ведь это чистая правда, клянусь,- Герда торжественно приложил ладонь к знаку своего статуса на шее в виде восьмигранной броши.

Мистрал колебался лишь мгновение.

– И что же там не верно?

– А хотите лучше узнать правду? То есть так, как я читал о ней?
– ловко ушел от ответа Герда.

– И какова же правда?

– Смотря что вас интересует,- незаметно Герда увлек его на палубу. Священник легко вспрыгнул на бортик, подогнув одну ногу. Мистрал устроился рядом, прислонившись к перилам. Качка была не слишком сильная, но он предпочел не рисковать в своем теперешнем состоянии. Мистрал припомнил, о чем шла речь на сегодняшнем уроке у Арды.

– Расскажите о том, как вырвался в мир Сумеречный. Расскажите о тех временах, когда Белая Дея еще называла себя фиолетовой.

– Так вот, что ты хочешь знать. Любопытно и... похвально.
– усмехнулся священник.

– Начало религии Создателя в мире положено Эйлью - Серебряной Девиган. Но самой преданной своему покровителю стала Фиолетовая дея, собрав вокруг себя не только Де - меи, но и многих людей.

– Но тем сильнее боль от предательства Фиолетового,- заметил Мистрал. Герда лишь покачал головой, с сомнением или в знак отрицания, так и осталось неясным. Крутанув свою трость, Священник продолжил.

– После предательства Фиолетового Эйлью, Белая дея оставила Изумрудный Собор навсегда, названная с тех пор забытой или покинувшей. Она стали называть себя Белой после того, как внезапно исчез и больше не появлялся Фиолетовый Эйлью. Собрав всех своих последователей, тех кто был им предан из простых людей и Де-меи, они заключили соглашение с народом Залива, единственный раз за все время войн падения открывшим свои порты и приславший корабли в Собор.

– Но почему именно для них народ Залива сделал исключение?