Цепочка людей уже миновала камень, на котором стоял Мэтт. Охотник проводил взглядом знакомые спины, и тут оказалось, что одного человека не хватает. Мэтт тяжело вздохнул и спрыгнул со скалы.

В несколько шагов он догнал соплеменника, который шел последним.

— Где Дарт? — спросил Мэтт.

Не то чтобы Мэтт отслеживал все отлучки и возвращения людей своего племени, хотя как раз он, больше чем кто-либо другой, и был для Народа кем-то вроде вожака. Просто Мэтту хотелось знать обо всем, что происходит, — ведь позади были «каменные львы», а впереди — новая, неизведанная земля.

Дарт был сиротой, но поскольку ребенком он больше не считался, то никто из взрослых о нем особенно и не беспокоился.

— Он все болтал, что очень есть хочется, — откликнулась одна из женщин. — А совсем недавно, ты как раз был сзади, парень побежал вперед, вон к тому заболоченному лесочку. Наверное, ищет что-нибудь съестное.

Деррон только успел купить Лизе кое-что на завтрак в автоматическом буфете рядом с комнатой отдыха для пациентов клиники — девушка все еще была в госпитале, под наблюдением врачей, — как из громкоговорителя раздался голос, который диктовал список сотрудников Сектора Операций во Времени, обязанных немедленно прибыть на дежурство. Деррон услышал свое имя.

Он коротко кивнул Лизе на прощание и поспешил на службу, прихватив бутерброд, чтобы съесть по дороге. Деррон нигде не задерживался, но, когда он входил в конференц-зал, там уже собралось большинство из названных двадцати четырех сотрудников Сектора. Полковник Боре в нетерпении вышагивал взад-вперед по сцене и не отвечал пока ни на какие вопросы, раздававшиеся из зала.

Почти сразу за Дерроном прибыл последний из их группы, и полковник наконец мог начать инструктаж.

— Господа, первая атака выявлена. Примерно там, где мы и рассчитывали. Входная скважина еще не обнаружена, но это где-то на триста лет позже предположительного времени высадки Первых людей. Как и в предыдущий раз, мы имеем дело с шестью вражескими объектами, они прорвались в реальное пространство-время. Но на этот раз машины берсеркеров не летающие. Во всяком случае, не было замечено, чтобы они работали в режиме полета. Вероятно, это некие приспособления, рассчитанные на уничтожение отдельных людей, и перемещаются они на ногах либо на колесах. Естественно, они неуязвимы для любого оружия, какое могут применить для самозащиты наши первобытные предки.

Мы столкнулись с огромными трудностями при выявлении входной скважины, поскольку деструктивные изменения, произведенные берсеркерами при этой атаке, несравненно слабее таковых, наблюдавшихся в предыдущий раз. На этот раз берсеркеры, несомненно, действуют прицельно — им надо убрать определенную исторически важную, незаменимую группу людей или даже отдельного человека. Правда, мы пока не знаем, кто именно так важен в районе внедрения берсеркеров. Но обязательно должны узнать, Есть какие-нибудь вопросы относительно того, что я сказал? Нет? Тогда полковник Нилос проинструктирует вас о мерах, которые мы собираемся предпринять в ответ.

Нилос, серьезный молодой человек со скрипучим голосом, встал и прошел на середину сцены.

— Господа! Вы, все двадцать четыре, имеете высокие баллы по умению обращаться с управляемыми андроидами. И хотя ни у кого из вас нет пока настоящего боевого опыта работы с ними, я полагаю, он у вас скоро появится. Я уполномочен сообщить, что вы с настоящего момента освобождаетесь от всех прочих обязанностей.

«Ну вот, а я хотел подавать рапорт о переводе», — подумал Деррон, мысленно пожимая плечами и устраиваясь в кресле поудобнее. Служащие в зале восприняли приказ неоднозначно — одни радовались и шутили, другие были в растерянности. Тут и там раздавались приглушенные возгласы. Все, кого избрали для этого задания, были либо рядовыми сотрудниками, либо младшими офицерами, как Деррон, их сняли с самых разных участков работы Сектора Операций во Времени. Некоторых Деррон знал в лицо, но ни с кем не был знаком.

В конференц-зале все еще не утихли обрадованные или удивленные голоса, служащие еще обсуждали неожиданное назначение и возможные опасности предстоящей схватки с берсеркерами, когда всех собравшихся попросили пройти в расположенную рядом комнату для подготовки. Там их оставили на несколько минут одних, а потом все спустились на лифте вниз, на Третий ярус Сектора Операций во Времени, в самый глубокий и лучше всего защищенный уровень из всех, созданных до сих пор.

Третий ярус представлял собой огромную пещеру с высоким сводом, размером с большой ангар. На приличной высоте над полом были подвешены к кронштейнам две дюжины комбинезонов управления, с виду напоминавшие космические скафандры на ниточках, как у марионеток. Эти комбинезоны предназначались для Деррона и его двадцати трех товарищей-операторов. На полу, под комбинезонами управления, выстроились в безукоризненно ровный ряд двадцать четыре андроида. Вокруг них сновали техники из обслуживающей команды, они в последний раз перепроверяли все системы боевых машин перед решающей схваткой. Блестящие металлические тела андроидов были выше и мощнее человеческих, и техники в сравнении с ними казались почти карликами.

В маленьких комнатках, расположенных в стене Третьего яруса, каждый оператор прослушал инструктаж, получил карты местности, где предстояло высадиться его андроиду, и ознакомился со скудной подборкой информации о первобытных людях, которых им предстояло защищать. Затем, после медицинского обследования, операторы переоделись в тонкие эластичные трико и прошествовали туда, где висели комбинезоны управления.

И тут от какого-то высокого начальства поступил приказ приостановить подготовку. Никто не мог понять причину задержки, но вот на одной из стен пещеры вспыхнул огромный экран, и на нем показалась массивная лысая голова самого Правителя Планеты.

— Господа!.. — загудел хорошо знакомый зычный голос. Но едва включилась камера обратной связи, Правитель запнулся, потом воскликнул: — Что я вижу?! Вы что, заставили их ожидать из-за меня?! Скажите им, пусть делают свое дело! Произнести напутственную речь я всегда успею. О чем только он думал...

Правитель продолжал бушевать, но тут звук отключили и изображение тоже. У Деррона создалось впечатление, что Номер Один еще много чего собирался сказать, и, хотя самому Деррону было наплевать на военную карьеру, он порадовался, что эти слова Правителя предназначались не ему.