Синан вновь заговорил:

– Ты будешь покорен мне, Тень? Ты будешь! – произнес он, уже не вопрошая, а приказывая.

– Нет.

– Почему ты не хочешь повиноваться мне, если ты обучен именно служить? И ты столь долго служил Ашеру!

Мартин глухо застонал. Потом ответил:

– Ашера я любил. Я был готов умереть за него.

– Но ты для него ничто.

Мартин вновь застонал, покачнулся… Синан подался вперед, лицо его оказалось так близко, что Мартин уловил даже исходящий от него запах гашиша. Черные глаза Синана будто ощупывали его лицо, это становилось невыносимым, и мнимый гипнотизируемый, чтобы прервать это, стал лопотать по-латыни:

– Non sum qualis eram [70] .

Понял ли его Старец Горы, Мартин не знал, но имам сказал:

– Мы готовы принять тебя, если ты согласишься служить.

Мартин захныкал:

– Это невозможно. Пословица гласит: «Никто не может дважды войти в одну и ту же реку».

В голосе Синана проскользнуло раздражение:

– Я выше всех мудрствований, и ни одна пословица не верна, если я считаю иначе. Но ты слишком много рассуждаешь, Тень! Человек должен быть проще. Только тогда я могу отправить его в рай.

– Аааа… – застонал Мартин. Напряжение, которое он испытывал, стало почти нестерпимым. И все же он сказал: – Ашер убеждал, что никакого рая нет. Что все это обман.

При этом он нахмурился, слова произносил невнятно и тягуче. Ему надо было донести мысль, что Ашер презирает Старца Горы. И тот произнес с тихой шипящей яростью:

– Рай есть, Тень. Ты там был.

И Мартин после небольшой паузы покорно пробормотал:

– Дааа…

И тут Синан неожиданно приказал:

– Пляши для меня!

Это явно была проверка. Мартин сидел скрестив ноги и не знал, как нужно плясать для имама, находясь в полузабытьи. И он стал совершать медленные размашистые движения руками, поводить плечами, старался блаженно улыбаться. Было ли это то, что ожидал увидеть Старец Горы?

– Довольно, – наконец произнес Синан. – Открой глаза, Тень. Ты здесь.

Мартин облегченно вздохнул, его ощущения были сродни ощущениям ныряльщика, который пробыл под водой слишком долго и теперь наконец набрал полную грудь воздуха.

– Мой господин?..

Синан резко поднялся и прошелся по комнате. Его тень достигала самого свода, прямая и бесконечная, как у истинного повелителя смертных.

– Я догадывался, что ты не веришь в мой рай, Тень, – произнес Старец Горы, но при этом не обмолвился ни словом о насмешках Ашера над его раем. Опять проверка?

Мартин молчал. Показалось ему или нет, но в негромком глухом голосе имама как будто чувствовалось облегчение. Похоже, Мартину все-таки удалось убедить прозорливого Синана, что он подвержен его чарам, и тот остался доволен, удостоверившись, что голубоглазый Тень не только повинуется его воле, но и не имеет над ним самим власти, как было раньше.

Мартин покорно склонил голову.

– Простите, господин, но Ашер бен Соломон поведал мне, что рая нет, – повторил он то, что говорил под гипнозом.

– Но рай есть! – резко повернулся к нему Старец Горы. – Я создал его! Мой рай – это красота и наслаждение. Много ли в мире подобного? О нет, в мире много простого и обыденного, но оно зачастую кажется совершенным. Возьми, к примеру, породистого скакуна – воплощение грации, силы, мощи, красоты. Но внутри только груда костей и мяса, кровь, слизь, кишки, разложение… Я же создал красоту, куда попадают избранные, где они получают отраду. Может, скажешь, что отказался бы еще раз побывать там?

Мартин улыбнулся.

– Нет.

– Тогда почему ты так сопротивлялся?

– Я не хочу умирать по приказу, – ответил Мартин, понимая, что Синан должен поверить в его полную откровенность.

Тот заговорил после некоторого молчания:

– Тебе необязательно умирать, Тень. Умирают фидаи, а те, кто может принести пользу нашему делу, – живут. И мне нужны такие люди, как ты, – умные, отчаянные, сильные. Для этого я и вернул тебя, чтобы ты служил более высоким целям. Каким, спросишь ты?

Со временем узнаешь. Знания поступают постепенно, цели открываются не сразу. Но если будешь служить мне, я награжу тебя так, что даже рай с гуриями покажется тебе ничем. Власть, познание, наслаждение – все будет дано тебе. Если пожелаешь, я даже подарю тебе ту, которая пленила тебя. Англичанку.

Сердце Мартина замерло, пропустив пару ударов. А когда забилось… Он только надеялся, что проницательный Синан не заметил, какое волнение охватило его при упоминании о Джоанне. Стал себя успокаивать: при чем тут Джоанна? Она – родственница короля Ричарда Львиное Сердце, она недосягаема для Синана. Если для этого убийцы правителей и вельмож есть хоть что-то недосягаемое. Выходит, проклятый Сабир все же рассказал Старцу Горы о последнем задании Ашера, а Терпеливый мог заметить, что Тень и впрямь увлекся черноволосой англичанкой.