– Ух ты, – поразился Роджер. В бутылках с тем пойлом, которое он обычно употреблял, обходились дешевым пластиком.

Понюхав из горлышка, Роджер счастливо улыбнулся – это был настоящий нектар.

Заглянув в бар, он взял высокий стакан для газировки, поскольку на всякие тюни-муни с шоколадкой у него не было времени, и, усевшись за журнальный столик, налил полный стакан, с удовлетворением обнаружив, что в него вошла почти половина бутылки.

Затем привстал, взял из фруктовой горки первый попавшийся плод и, подняв стакан, сказал:

– За удачное завершение задания.

И выпил все до дна, но не залпом, а без спешки – глотков за десять.

Поставив стакан, Роджер поднялся с кресла и, понюхав плод, откусил кусок побольше. Подошел к окну и посмотрел на растущие возле отеля деревья – высокие, могучие, с развитыми кронами до десятого этажа.

По ним в его номер могли забраться злодеи – это минус. Но и он мог соскочить на ветку, если что, и это плюс.

Роджер мог судить об этом с позиции знатока, ведь у него случались всякие варианты, прежде чем он понял, как следовало подходить к выбору номера, этажа и высоты растущих рядом деревьев.

Как-то раз пришлось сигать с шестого этажа на асфальт, и все закончилось знакомством с хирургом. В другой раз были деревья, но этаж – восьмой. В тот раз знакомства с хирургом также избежать не удалось, но период восстановления был куда короче.

Потом он стал мудрее и начал выбирать этажи пониже и деревья погуще, но однажды в номер с балкона вломились стрелки и его кровать изрешетили в пух и нитки, хорошо, что спал за диваном.

Продолжая грызть выбранный плод, Роджер начал обращать внимание на его странный привкус – что-то вроде маринованной рыбы. Сняв этикетку, он поднес ее к глазам и прочитал: «Мабобо желтый, высший сорт. Вкус габагарьяно».

– Ну, пусть так, – согласился Роджер и вернулся к столику, чтобы снова наполнить стакан.

Наполнил и взглянул на часы, у него еще было два часа пятьдесят шесть минут свободного времени – хорошая фора для настоящего шпиона.

Потом снова выпил, но для закуски выбрал пару шикарных гигантских мандаринов сорта «Атлетик».

Со второго стакана его хорошо попустило, и напряжения последних дней – как не бывало. Хорошее дело – коньяк, даже под габагарьяно, не говоря уже о мандаринах.

Коньяк коньяком, но задания Роджеру никто не отменял. В положенное время он перемахнул на соседний балкон и оказался в официальном номере, где его и должны были ловить, если что.

Выйдя из номера, Роджер повесил табличку «не беспокоить» и спустился по лестнице – всего-то второй этаж.

На улице было все так же солнечно и жарко, поэтому пиджак Роджер сразу нес на руке. Неудобство, конечно, но только на первый взгляд. Во-первых, у пиджака множество карманов, во-вторых, он был пошит из триптонейлона, легкого, но прочного материала. Пули от него, разумеется, не отскакивали, а вот от режущих ударов ножа или бритвы он мог защитить.

Как-то в Капакабане один бандит полоснул его обычным гвоздем, сволочь. И в тот раз такой пиджак Роджеру очень бы пригодился, но тогда таких не было.

В салоне дальней связи все было по-прежнему. Тихо, достойно, прохладно, но за стойкой сидела другая девушка, впрочем, не хуже прежней.

– Абонемент, пожалуйста, – сказал Роджер.

– Общего типа, сэр?

– Да, солнышко, общего, – улыбнулся девушке Роджер. В нем было достаточно коньяка, чтобы начать улыбаться заранее.

Девушка улыбнулась в ответ – по мнению Роджера, совсем не формально, и, заложив это в свою оперативную память, он взял жетон и спустился в зал, где вскоре нашел подходящую кабинку.

Итак, время… Да, он опоздал на три минуты, но Янгер сказал «часа через четыре», что говорило о приблизительном временном интервале с весьма расплывчатыми границами.

«Порядок, парень», – сказал себе Роджер и начал набивать длинный номер.

– О да, приятель, бабушка рада слышать тебя. Как устроился? Не дует? Достаточно ли пирожных и нимф?..

У майора Янгера было хорошее настроение, и часть его радости передалась Роджеру.

– Порядок, камрад?

– Да, внучек, нам немного подфартило. Ребята из соседнего отдела имеют хорошую избушку в вашем лесу. Даже пирожки нести не нужно.

– Говори адрес.

– Улица генерала Бернатти, дом двадцать четыре, четвертый этаж – студия.

– Как он меня узнает?

– Скажешь, что дальний родственник с севера – проездом. Точно фразы говорить не нужно.

– Все понял, камрад. Привет соседям, отбываю.

– И тебе побольше кислорода, дружок, бывай.

Роджер вышел из кабины и поспешил к стойке. Теперь он имел точный адрес и мысленно уже звонил в двустворчатую дверь студии, вдавливая замок из потрескавшегося гипсопластика.