Шрифт:
– Веди меня к нему.
– Мы его в казарме заперли.
– ответил сержант, и вытащил из кармана небольшой ключ, которым отпер дверь.
– Заходите, разговаривайте, о чем нужно.
Я толкнул дверь, и вошел в просторное помещение, с двухъярусными кроватями. Пара душевых и туалет были закрыты перегородкой, пустые оружейные стойки по правую руку, по левую на стенах кучи плакатов о военно-строевой подготовке.
Стены выкрашены в обыкновенный для полиса серый цвет.
Дикарь лежал на полу, связанный, выглядел он вовсе не лучшим образом - кровоподтеки, ссадины, одна рука, скорее всего, сломана.
Сухой кашель нарушил установившуюся, было, тишину. Я присмотрелся получше: пятна пота на одежде, обильные капли на лбу.
– Ты что, подыхать собираешься что ли?
– спросил я у охотника.
Он поднял на меня глаза, полные страха. Значит, узнал.
– Как заболеть умудрился, придурок?
– снова просил я его.
– Или ты уже болен был, и про инкубационный период не слышал?
Откуда ему слышать про это? Он же неандерталец. А может и я болен был?
Я заразиться не мог, точно. Специально же обкололся порядочным количеством иммуностимуляторов. А уж теперь и подавно - я теперь вообще не человек.
– Будешь молчать? Если решил молчать, то подохнешь прямо тут, выкашляв свои легкие прямо на пол.
– Если скажу?
– Посмотрим. Где остальное племя?
– Великий шаман...
– он снова закашлялся, на пол полетели капли крови. Значит, чумная палочка уже выделяется во внешнюю среду.
– Твои средства помогли, племя выздоровело, и я, как новый вождь увел его прочь из проклятого Разлома.
То есть, если переводить на человеческий язык, то он использовал мои лекарства, сказал всем, что он теперь вождь, и увел дикарей из Альметьевска. Ну, понятно.
– Через день перехода мне стало хуже. Я почувствовал, что болен. На второй день мы добрались до дружественного нам племени. К тому времени часть людей снова почувствовали себя хуже.
– Он даже говорил нормальным языком.
– Я снова использовал средства, но они не помогли.
Красавец. Вывел новый штамм чумной палочки, устойчивый к действию антибиотиков, стрептомицина и сульфаниламидов. Наверное, ученые стран, участвовавших в Холодной войне, получили бы огромные гранты за эти открытия.
– На племя напали ваши... Злые, плохие люди... Они уничтожили его.
– Паузы становились все больше и больше, кашель сильнее и продолжительнее.
– Я снова последний выживший из племени Великого Проклятого Разлома.
– То есть, Вас атаковали злые люди? Болезнь могла перейти на них.
Он усмехнулся. Улыбка окровавленными губами выглядела в значительной степени жутко.
– Они наверняка больны. Наше племя отомстит за себя даже после смерти.
– Ублюдок.
– Выругался я, и ударил этот полутруп ногой.
Мелькнуло сообщение о нанесенном ударе, но вместо цифры, обозначающей его горел нулик. Разрабы оберегали квестовых НПС, чтобы кто-то вроде меня не мог помешать им разыграть сценарий.
Сценарий с заражением всего мира легочной чумой, устойчивой к стандартным видам лекарств.
Дикари заразили бойцов, те заразят остальных сапиенсов. С торговыми караванами, через телепорты, зараза разойдется все дальше и дальше.
Больны будут все, кроме тех, кто успеет что-то сделать.
Обновление задания: Найдите средство, чтобы предотвратить грядущую пандемию. Класс задания: сценарное. Награда: вариативно. Штраф за отказ/провал: Вариативно.
Руки дрожали. Я, конечно, понимал, что это всего лишь игра, но пандемия... Это как-то... Просто слов нет.
Дрожащими руками я достал планшет, открыл диалог с Виктором.
– Внимание. Передай эту информацию всем управляющим, и военному руководству. Заканчивайте экономическую экспансию, мы переходим в режим жесткой экономики. Политики военного коммунизма, я бы сказал. Пусть все блокируются в фортах и форпостах, и стреляют в тех, кто идет к ним. Это необходимые меры для защиты населения герцогства от грядущей пандемии.
Подумав еще немного, я добавил:
– Блокируй доступ в замок через телепорты паролем. – в игре была и такая функция.
Теперь правительство Булгара. Надо их предупредить, может быть, им удастся хоть какие-то меры принять...
– Новые данные показывают, что возможна вспышка эпидемии чумы.
– Ерунда, чума была побеждена еще в двадцатом веке! Наша медицина самая лучшая, Вы, как доктор, сами это знаете, Герцог.