И вновь секунды потянулись невероятно медленно. Пока, под прикрытием импровизированного флангового охранения по шоссе осторожно двинулись основные силы. Сначала, само собой – головной дозор с тем самым глазастым "фрицем" в наушниках. Дальше, держа дистанцию в километр, потянулась и основные силы этого, чрезвычайно потрепанного полка, у которого едва набиралось три десятка танков. Впрочем, все они как на подбор были PzKpfw II с их весьма зловредными двадцатимиллиметровыми автоматическими пушками, способными вполне эффективно работать на всю глубину обороны легкого пехотного полка.

Но вот первый танк поравнялся с командным пунктом Черняховского, до которого от шоссе было меньше километра. Немцы были уже так близко, что в бинокль получилось весьма недурно рассмотреть уставшие лица командиров, высунувшихся из башенных люков. Война ведь не прогулка по парку, а тяжелая работа с высоким шансом умереть…

— Федосеев! — привлек Черняховский внимание начальника штаба. — По всему полку приказ – огонь по готовности!

— Есть! — козырнул майор с весьма обрадованным видом, ему тоже надоело ждать.

Приказ, словно электрический импульс, двигающийся от головного мозга, распространялся по полку с помощью хорошо налаженной связи. Целая рота ведь старалась, причем хорошо натасканная. То тут, то там, стали оживать огневые позиции, отдаваясь то уханьем минометов, то заливистым стрекотом пулеметов, рвущихся наперебой что-то кому-то доказать, то жестким тявканьем противотанковых орудий.

Головные танки, получив по несколько тридцатисемимиллиметровых снарядов, замерли. Остальные же резко стали сворачивать с шоссе, на ходу паля короткими очередями в сторону замеченных ими советских огневых точек. Или просто куда-то "в ту степь" для успокоения нервов.

— Товарищ полковник, — раздался из-за спины голос начальника штаба. — Уходим!

— Что? Почему?

— Смотрите! ПТО Захарова разбито.

— И что? — повел бровью полковник. — Куда отступать? Не видишь с какого направления танк прет? Он нас пулеметом всех положит, как сорвемся. За гранатами. Бегом. Взводу охранения отсекать пехоту, как метров на сто подойдут. Все понял?

— Так точно.

— Исполнять! — рявкнул Черняховский, видя сильно смятенное состояние начальника штаба. Первый раз в своей жизни человек попал в настоящий бой. Черняховскому в этом плане повезло больше – у него за спиной была Испания и та знаменательная прогулка по тылам франкистов вместе с Тухачевским.

Только Иван Данилович проводил взглядом буквально испарившегося начальника штаба, как на командный пункт обрушился залп батареи полковых пушек. Причем кучно так… видимо глазастые наблюдатели заметили странную активность. Вот и подстраховались. Однако КП хватило. Рацию разворотило. Дежурного связиста и ординарца убило. А самого полковника только чудом не зацепило.

Черняховский, сориентировался мгновенно и рванул с командного пункта как ошпаренный. И вовремя – противник дал еще один залп, порушивший там все окончательно. Видимо для подстраховки.

Чуть отдышавшись и оглядевшись, Иван Данилович заметил в двух десятках шагов начальника штаба. Тот лежал в неестественной позе, а практически вся затылочная часть головы была снесена – видимо зацепило осколком.

— Товарищ полковник! — окликнули его кто-то из другого хода. Он обернулся. В нескольких шагах от него испуганно выглядывал сержант Соломонов из взвода охраны. — Товарищ полковник, что делать-то? Отступать некуда. Побежим – всех положат. Ход мы же отрыть не успели.

— Гранаты есть?

— Немного.

— У тебя с собой? — спросил полковник, аккуратно выглянув из-за бруствера.

— С собой пара только. Остальные у ребят. Еще с десяток есть.

— Хорошо. Давай сюда и бегом за ребятами.

— А как же вы?

— А я нашему ползуну гостинец организую, — усмехнулся Черняховский, принимая от сержанта гранаты. — Все, исполнять приказ! — произнес уже с железом в голосе полковник и сержант бросился за подкреплением так, словно всю жизнь занимался бегом с препятствиями.

Танк приближался медленно, но неотвратимо. Перед командным пунктом была небольшая низина, в которую PzKpfw II был вынужден спуститься, а потому теперь, ревя мотором, выкарабкивался оттуда. "Метров тридцать до него. Эко его раскорячило… Значит, я пока вне досягаемости его пулеметов и пушки. Пехота тоже еще в низине. Меня не видят. Пока. Ну что же. Получите и распишитесь", – подумал Черняховский аккуратно метнув сначала одну, а потом вторую гранату в сторону танка.

Бух! Раздался взрыв. И пару секунд снова – Бух! Только как-то приглушенно.