– Красиво говоришь. – Я бросил взгляд на щит над алтарем, где было выгравировано странное существо с грудями огромными, как дыни: Праматерь в орочьем исполнении сочетала черты гноллов и тигроидов, имела эльфийские уши, гребень вдоль головы и рельефные мускулы, но, несмотря на эту гремучую смесь признаков, не утрачивала привлекательности. Словно прочтя мои мысли, Праматерь блеснула очами.

– Потому что то правда. – Хатбор уселся на расстеленный мешок и продолжил складывать монеты кучками. – Прости, но сам хочу пересчитать.

Я высыпал монеты из второго мешка и уселся напротив Хатбора, который, шевеля губами, выложил пятую кучку золотых. Наверное, в кучке – десять риалов. Трактирщик натуральным образом чах над златом.

– Хатбор, – позвал я.

Он отмахнулся:

– Не отвлекай.

– Это важно. Один в поле не воин, двое – тоже. Мы не справимся с асинами. Да, мы отличные бойцы, но нас числом задавят.

– Зато умрем как воины, – пробормотал он, любовно выкладывая монеты.

– Не знаю, как ты, мне еще пожить охота.

– Да отстань ты! Болтаешь много.

– Это по делу. Нам нужны помощники. – Сначала я хотел сказать «союзники», но быстро сообразил, что гордым оркам союзники не нужны, а вот помощники…

– По-хорошему, то нам армия нужна, – вздохнул он – ухнул, словно паровоз пар спустил. – Так где дело твое? Не пойму, к чему клонишь.

– Предлагаю договориться с повстанцами.

Орк вскинулся, сжал кулаки, а потом будто сдулся и сел на место.

– Повстанцы – то люди и гномы. Орков все не любят. Нет. – Он помотал головой. – Среди повстанцев предателей полно. И тролли есть. Нельзя рисковать.

– В последнее время их изрядно потрепали асины. Я знаю нескольких очень надежных людей.

– Людей… – проворчал Хатбор. – Предлагаешь мне с людьми бить людей идти?

– Настаиваю. Знаешь, что люди говорят? Страшнее человека зверя нет. О себе говорят. Им друг друга резать – что курицам шеи сворачивать. Они помогут нам, мы поможем им…

– То позиция труса. Точно не человек ты?

Я еле удержался, чтобы не закатить глаза. Вот же чучело упрямое! Неудивительно, что орки проиграли. Наверняка в этой игре у людей при многих их недостатках огромнейший плюс к коварству и удачливости.

– Нет, но если Праматерь у всех одна, какая разница? Послушай, друг, у нас общее дело, понимаешь? Если мы убьем Краснобара, они присвоят наши заслуги себе, ты этого хочешь? Пусть хоть немного поучаствуют.

Неужели и такой довод его не проймет? Хатбор задумался, почесал сливу-нос, подергал им и заключил:

– А ведь твоя правда. Только все равно я им не доверяю, они нас предадут, когда дело будет сделано.

– Не успеют! – обрадовался я. – Мы распрощаемся с ними и разойдемся. Единственное, их надо будет вооружить.

– Э-э-э, нет. Не для людишек наживал, рисковал. Если хочешь, сам их одевай-обувай. Твоих денег половина. Сколько это? – он прищурился, пытаясь мысленно разделить 563 на 2.

– Двести восемьдесят одна тысяча пятьсот, – выдал я.

Хатбор потряс головой и «завис» – мне он тоже не доверял и решил посчитать сам. Наконец тролль отмер:

– Твоя правда. На эти деньги хоть гноллам мозги покупай. Как договоришься с повстанцами – возвращайся, я пока все рассортирую, в руках подержу. – Он зачерпнул монеты горстями, и золото посыпалось, зазвенев. Один риал откатился за треногу, Хатбор побежал за ним, поднял и прищурился, глядя, как он сверкает. – И еще. Раз уж ты посторонних подключаешь, Борк с нами пойдет.

– Кто такой Борк? – удивился я.

– То кобольд мой. Помощник и друг верный. – Положил монету на вершину кучи, похожей на муравейник.

– Если верный, то конечно. А толк с него будет? Он же карлик.

– Недооценивать кобольдов не стоит. Коварнее их только тролли. Борк – маг хороший и лекарь. Историю про кобольдов знаешь? Погибший человек попадает к Праматери, идет к ее дворцу мимо котлов, где другие умершие наказание отбывают, смотрит: возле одного духов куча – не протолкнуться, а возле другого один мелкий дух спит. Человек растолкал его и спрашивает, почему так. Дух и отвечает, что-де в первом котле люди: когда один выбирается, остальные его назад стаскивают, а в другой кобольды: один вылез – и остальных тянет. Так-то.

– Ладно уж. И его возьму на содержание, – махнул рукой я.

– Не надо этого. У него все есть, и доспех получше моего.

Вот так номер! Уборщик – и великий воин? Еще одна тайна. Неужели малыш тоже хочет убить Краснобара или Мозговика?

– А ему что там нужно? – не сдержал любопытства я. – Тоже мстить собрался?

– Так до конца и не понял его. Скрытный он, и магия моя не действует на него. Ему не Краснобар нужен, думаю, а сама гора.

«Стервец, – подумал я. – Слил Борку, что у меня карта». Кстати, о карте. Надо бы ее хорошенько изучить, а то я не удосужился. Как раз скоротаю время до визита Ярины.