Секретарша свои рабочие часы как раз и проводила в глубине фонтана — голая и вполне довольная собой.

Толи шефа не было сегодня, то ли в пытливых посетителях настал внезапный перебой… А все сотрудники, по случаю, куда-то удалились…

Появление Крамугаса преданную секретаршу не обеспокоило нисколько.

Она лишь приветственно привстала над фонтанным парапетом, демонстрируя незваному гостю всю несокрушимую прелесть своих юных форм, и обратила на Крамугаса восторженный и глуповато-похотливый взор.

— Редактор нынче занят, так что вам придется подождать, — заученно промолвила она, неторопливо вылезая из фонтана. — Только не берите в голову. Пустяк. Если хотите — окунитесь. Начальство уважает мытых. Ну, чтоб улицей не пахло, насекомые не бегали, и вообще… Давайте, я вам помогу?

— У меня срочное дело, — жалобно возразил Крамугас, начиная испытывать некоторое беспокойство и чувство будоражащего неудобства. — Я ведь не просто так сюда зашел… Мне бы прямо сейчас…

Секретарша вытерлась пушистым полотенцем и облачилась в шитое райскими птицами и демонами платье с сумасшедшим декольте, отчего сделалась еще соблазнительней — это она, видно, и сама прекрасно понимала.

Трудно сказать, насколько Крамугас ее очаровал, да и очаровал ли, кстати, но факт остался фактом: она мило ему улыбнулась — точно давнему хорошему знакомому, которого вдруг встретила в нежданном месте.

Что до Крамугаса, то он, воспитанный в известных традициях Полуинтерната, был сражен наповал.

— Мне оченьсрочно, — повторил он робко.

— Тогда мы запишем вас в сверхсрочники, — пообещала секретарша, тряхнув хорошенькой головкой. — Вам это будет — в самый раз.

— Да? Я буду жаловаться, — неуверенно заметил Крамугас, ляпнув первое, что пришло ему на ум.

— А это еще почему? — поразилась секретарша.

— Так, на всякий случай. Мало ли… Я ведь не знаю, что это такое — сверхсрочник. Никогда не слышал. Вдруг вы просто хотите меня облапошить?

От такого попорота в разговоре секретарша как-то сникла и привычно затосковала, все еще, однако, продолжая быть прелестной.

— В ваших же интересах остаться в дураках, — пожала она плечами. — Те, кому всегда везет, вызывают подозрение. А таким не место в прессе.

— Но я пришел по направлению! — капризно отозвался Крамугас. — Вот документы!

Секретарша, словно и не слыша ничего, примостилась на пуфике перед трюмо и точными движеньями подкрасила свой лик: везде — чуть-чуть, но в целом — благородно.

«Вот — истинная спутница жизни для богатыря газетной полосы! Вот — с кем делиться вдохновеньем!» — вдруг восторженно подумал Крамугас.

Секретарша, кажется, почувствовала это его расположение к себе, так как, приняв немедленно наивно-соблазнительную позу, ласково проворковала:

— И с чего это вам захотелось здесь работать?

— Люблю писать, — честно признался Крамугас.

— Какой вы… А у нас зарплату уже второй год не выдают… — обволакивая его взором, сообщила секретарша.

— Да неужто? — не поверил Крамугас. — На что же вы тут все живете?

— Так… живем… — вздохнула секретарша. — Кто как может. У кого какой энтузиазм… У нас теперь нигде денег не платят. Жизненный уровень позволяет обходиться и без них. Очень высокий, говорят…

— Значит, все — даром?! — встрепенулся Крамугас. — Как у нас, на Бетисе-0,5?

— Может быть, — согласилась секретарша. — Может, и у вас, как у нас. Чем мы хуже? Деньги вот упразднили… Вместо них ввели натурный обмен…

— То есть?

— Да по-всякому бывает — уж где как. Все натурное-то, говорят, сближает, — она прикрыла глаза и трепетно повела плечиком.

— Вы что этим хотите сказать?

— Так… — тихо и мечтательно проворковала секретарша и придвинулась вплотную к Крамугасу.

Тот вздрогнул и попятился.

— Это… значит… как же? — оторопев, пробормотал он. — Прямо сразу — тут?!.

— Какой же вы понятливый! — мгновенно восхитилась секретарша.