А! Где наша не пропадала! Надо пробовать.

— Мать северянка, отец не знаю кто. Много кто им может быть.

— А сам-то откуда?

— Из Альлабы.

— Врешь!

— Не веришь — не надо.

— А как на остров попал?

— На Альлабу северяне налетели. Начали город жечь. Я с парой ребят на лодке ушел. Только править ею никто не мог, и нас далеко в море унесло. Пытались вернуться, но налетел ветер сильный, потом шторм начался. Не знаю, сколько нас носило, пока на камни у острова не выбросило. Лодку в щепки разнесло, я один до берега добрался.

— Посиди-ка здесь немного, — сказал надсмотрщик, опуская крышку люка.

Неужели он и правда думал, что за время его отсутствия я могу куда-то уйти?!

Вернулся контрабандист не так уж быстро, причем не один. Крышка поднялась, совсем другой голос, резкий и неприязненный, вопросил:

— Что за вранье ты тут перед Стредом развел? Какая Альлаба? Какая лодка?

Я почти слово в слово повторил свою историю, каждым звуком пытаясь доказать ее высшую правдивость. Странно, что только сейчас додумался озадачить контрабандистов. Им ведь даром не нужен раб родом с юга. Достаточно ему раскрыть рот — и любой потенциальный покупатель вызовет стражу. Там с этим строго: вольных людей хватать не смей! Нужен живой товар — вали за ним на север.

Надеюсь, они не додумаются мне язык вырвать…

— Говоришь, из Альлабы? А скажи-ка мне: сколько башен на стене, которая отделяет порт от города?

— Одна была, да и та небось сгорела.

— А жил там где?

Я заранее готовился к такому вопросу — ведь в команде контрабандистов наверняка имеются бывшие бойцы от, ушедшие оттуда по своей воле или изгнанные. Так что город знать должны. Мне в этом с ними, конечно, не сравниться, но разок там побывать пришлось. На память не жалуюсь, потому, припомнив вывеску одного из рядовых заведений, уверенно ответил:

— Последнее время ночевал в «Раздвинутых ножках».

— Смотри-ка! В таких приятных местах ночевал! Не врешь?

— Не хочешь — не верь…

— А я человек доверчивый. Денег-то хватало?

— Мне еще и приплачивали.

— Это как?!

— Так я же не как клиент, а делом занимался. С Лысым Даком выволакивал на улицу тех, кто поиздержался или мебель ломать начинал.

— Что за Лысый Дак? Почему я его не знаю?

— Ну вообще-то он не император юга, так что всем его знать необязательно. И ты, должно быть, досуха кошель не спускал, если бывал в «Ножках», потому мог его ни разу не увидеть.

Вышибалы в заведениях такого рода — обязательный предмет. Правда, знакомством с ними могут похвастать далеко не все. Поди докажи теперь, что такого «сотрудника» там никогда не было.

— А до «Раздвинутых ножек» где ошивался?

— Макиляку в порту помогал, за это спал в его сарае.

— И чем это ты ему помогал?

— Да он вечно нажрется и дрыхнет в навозе, а ота приходит из похода, оружие скидывает прямо на землю — и бегом в город, к шлюхам и бормотухе. Вот я и перетаскивал это добро, а то Тью очень ругался за непорядок, и не только он.

Про Макиляка я знал лишь из короткого разговора между стражником и сторожем порта, свидетелем которого стал во время налета на Альлабу. По сути, все мое знание сводилось лишь к тому факту, что Макиляк состоял в какой-то непонятной должности при портовом арсенале, регулярно употреблял крепкие спиртные напитки и не менее регулярно спал в навозе.

По сути — все это я сейчас и выложил.

— Так Макиляка еще в шею не выгнали?! — изумился невидимый собеседник.

— А кто выгонит? Говорят, есть большие люди, из-за которых его терпят.

— И что же он такое сделал для больших людей, раз этот проспиртованный бурдюк терпят?

— Всякое поговаривают. Слышал и такое, что помоложе он смазливым был и кое-кто из любителей мальчиков заметил это и оценил.

Наверху хохотнули в два голоса и уже куда спокойнее, без наезда, спросили:

— А жил вообще чем?

— Да так. Где возьму, где найду…

— В Альлабе за воровство руку принято рубить. Не боялся, что догонят?

— Сосчитай мои руки: ни разу еще не догнали.

— Экий ты прыткий, как послушать… Голова-то не болит?

— Чего ей болеть?

— А после вчерашнего.

— Так то вчера было.

— Зачем драться полез?

— А чего ваши на меня бросились ни с того ни с сего? Я их даже пальцем не трогал.

— Девка откуда?

Неприятный момент. Нью не в курсе моих фантазий, и приплести ее к своему исходу из Альлабы не получится. Допросят отдельно — и мигом определят, что рассказы сильно различаются. Надеюсь, у нее хватит ума не слишком много городить, потому расскажем контрабандистам нечто похожее на то, как было на самом деле.