– они у тебя все пятого уровня, а следовательно довольно редкие даже среди таких монстров в смысле магии как драконы. Специфические они. один также связан с магией разума. Само название об этом говорит "Контроль чужого сознания", ты его обозвал как навык "Гипноза". Мне кажется ты больше понял чем я насчёт него коль понятные тебе определения даёшь. Я думаю этот навык позволяет управлять любыми разумными против их воли. Киваешь значит я прав.

Ого как я заслушался что сам под его гипноз попал, даже за телом следить перестал, само живёт и на вопросы самостоятельно отвечает. Ох уж этот бобик далеко не прост курилка.

– второй навык который я не могу распознать, называется "Сила Гнева". На что он влияет я тебе не скажу. Думаю он поддерживает и усиливает действие нескольких навыков и заклинаний драконьей магии. Очень на это похоже. Название очень похожи "Силы Ящера" и "Сила Гнева". Думаю они оба являются базовыми навыками, но если навык "Силы Ящера" доступен большинству то второй увы. Его могут использовать только единицы, но вот на что точно он влияет я не понимаю..

Я задумался. Очень похоже на то что бобик прав. Ведь если разобраться выше перечисленные три навыка были у всех а вот остальные три у единиц. Что же я такого нахватал и сама ситуация с приобретением навыков... идиот хорошо что мозги отключились когда применял артефакт уничтожая костяного дракона и времени и сил не было позариться на его навыки а то бы...

Посидели с бобиком пока не кончилась и вторая бутыль. Работа над привязанностью Хэрна ко мне как к господину проводили перед самым нашим убытием. Спасибо бобику находясь навеселе он не строил из себя невинного и непричастного, помог сильно, практически в одиночку сняв тупые ограничения с канна. А вот теперь можно и возвращаться. Хэрну правда придётся ещё раз вернуться, отнести мой золотой цилиндрик, оставлять его у себя я боялся и причины для этого были...

Спать улёгся я только под утро, ждать подъёма не захотел потому, что меня просто срубало я всё равно бы не выдержал бодрствования и заснул. Лежанка на каменном полу храма показалась мягкой как перина кровати я даже разуваться не стал, только сквозь окутывающую меня дрёму чувствовал что меня разувают и раздевают. Спасибо канну не бросил...

"* Отступление седьмое *"

Утренний зимний туман окутывал белой пеленой большой лагерь кочевников, стелясь по земле аккуратно обходя дымящиеся тухнущие костры. Светает. У самой кромки лагеря степняков стройными рядами в атакующий клин выстроились ударные сотни полка и паладины ордена. До атаки остались последние мгновения. Поступит доклад главного разведчика и тогда...

Барон Брейн ещё никогда не чувствовал себя таким счастливым. Его план с небольшими уточнениями советом ордена принят к действию, и он в течение двух дней вместе с сотнями комендантского взвода и лучников, которых вместе с магами придали его отряду в помощь, гонял по лесам обнаглевших Ганзов...

Он отлично помнил все три года рабства у этих мерзких нелюдей. Кочевники человеколюбием не страдали и рабы для них это только деньги, и отношение у них к ним как к скотине. Его продали имперцам перед самым походом, когда армейские набирали полки, для экспедиционного корпуса принца стараясь взять массовостью, а не качеством. Уже на землях герцогства после двух жесточайших поражений, которые потерпели войска империи, он первый раз задумался над тем, почему их так легко бросили начальники, когда стало понятно, что выбраться из образовавшегося котла суждено не всем...

Брейн пятый сын владетеля вольного баронства Кау на севере вольных баронств. Как и тысячи таких же, как он дворянских детей, которым на родине ничего не светило в плане земель, денег и знаменитости..., его сманили в Ванн в качестве рыцаря в один из отрядов местных графов. Обещали платить хорошо, но главное полное обеспечение оружием, доспехами и всем другим необходимым...

Их караван накрыли под утро. Свист стрел, испуганное ржание лошадей и сильный удар в оголённую грудь каленым наконечником бронебойной стрелы. Его спасло то, что на нём не было доспеха, и стрела прошила грудь на вылет. Очнулся только через неделю, но уже в простом не магическом ошейнике. Он стал рабом! Как он выжил, сам не понимает. Его не лечили, по принципу выживет хорошо, нет туда ему и дорога. Но он выжил, но стал рабом. Продали его в три дорого, так как он единственный выстоял в поединке с рыцарем империи, когда проводили проверку будущих воинов из числа рабов. Кочевники предоставили свои человеческие стада для отбора будущих защитников империи. Таким защитникам обещалась свобода, всем кто оставался в живых после похода, но за свободу они должны были заплатить кровью и драться, а кидали их на самые опасные участки и направления ударов конницы ергонцев. Его сразу поставили десятником, но после первой, же стычки назначили полусотенным, первым помощником какого-то графского сынка...

Их бросили затыкать очередной прорыв Варг. В конце этой эпопеи его назначили уже сотником и отдали под его руководство всю уцелевшую тысячу воинов-рабов. В подчинение ему достались все воины мечтающие стать свободными. Дезертировать и уйти в бега, шанса не было...клятва. Нарушить приказ возможности никакой. Он выполнил приказ и даже перевыполнил, но вот тыл ему как обещали, никто прикрывать не стал. Его помощник пожилой опытный наёмник из государства белых роз тоже раб со стажем, своим предчувствием спас весь отряд. Они, оторвавшись от соприкосновения с Варгами, дикий полк с ходу снёс заслон установленный гвардейцами Ергонии у них в тылу. Гвардейцы очень сильные бойцы и магическое сопровождение у них мощное, но внезапность и ярость удара обманутых бойцов раскидало загорождение и даже защитные заклинания не помогли. Потерь гвардейцы много не понесли, но вот уязвлённое самолюбие,... а потом начались игры в кошки-мышки...

Но теперь он свободен и не только свободен, но и как сотни других новых рыцарей империи готовится нанести удар по этим животным, только доложит, что секреты и посты кочевников сняты и ничего не мешает свободно подойти к лагерю ненавистных Ганзов на расстояние кинжального удара...

Мартин чуть не плакал от отчаянья. Ему, одному из командиров полка и магистру ордена, запретили в первых рядах всадников вступить в бой с Ганзами. Совет, не смотря на его протесты, напомнил те слова, что говорил братец...