— Отличный план. Твоя группа пришла откуда?

Лейтенант указал на голограмме путь своего отряда.

— Какими силами блокируется этот проход?

— Двумя бойцами.

— Это хорошо, правда? — слабым голосом спросил Драгобич.

— С ума сойти! — закатил глаза Грев.

— Тебя здесь долго не было, дружище. — Блад снисходительно похлопал адмирала по плечу. — Лейтенант, введите нашего героя в курс дела. Только коротко, в двух словах.

— На Ковчеге только техники. Внутренней охраны очень мало. Всего тридцать человек. От внешней угрозы Ковчег защищают силовое поле, линкоры и боевые крейсеры. Аналитики утверждают, что этих защитных мер больше чем достаточно для защиты.

— А то, что диверсанты могут телепортироваться непосредственно внутрь, им в голову не приходило? — возмутился адмирал.

— Они утверждают, что извне это сделать невозможно. Здесь работают только внутренние телепорты.

— А через временную петлю? — продолжал петушиться Грев.

— Кончай буйствовать, Адам, — тормознул его Блад. — Ты, конечно, прав по существу, но не забывай, что с подобным феноменом Ковчег встречается впервые. Так, лейтенант, сейчас ты забираешь своих орлов, снимаешь охрану и вместе с ней испаряешься.

— В смысле как испаряюсь? — не понял лейтенант.

— В смысле сваливаешь отсюда в темпе вальса и молчишь о том, что нас нашел. Не вздумай доложить по постам! Твоя команда сработала прекрасно. Хочу проверить, как действуют остальные группы. Теперь все понятно?

— Так точно!

— Тогда почему ты еще здесь?

Охранников как ветром сдуло.

— И что дальше? — спросил Грев.

— Топаем по их следам и, как только выходим из зоны блокировки, попробуем отсканировать Ковчег, чтобы найти «Ара-Беллу».

Капитан двинулся вперед. Память у Блада была прекрасная. Отмеченный лейтенантом на голограмме маршрут буквально светился перед его мысленным взором. Драгобич с Гревом поспешили вслед за ним.

— Думаешь, твой корабль где-то здесь? — спросил адмирал.

— Ты слышал того парня? Император сейчас в ангаре на своей яхте. А личной яхтой императора является «Ара-Белла». Значит, мой двойник сейчас там. Если мы с ним срочно не разберемся, нам конец.

— Замочишь своего двойника? А вдруг это твой брат-близнец, с которым вас разлучили в детстве? — подначил Блада Грев.

— В моем роду не было предателей, — жестко сказал капитан, — и никогда не будет!

Скоро они добрались до выхода. Лабиринты машинного зала остались позади.

— Есть только одна проблема, — признался Пит. — Так, нам направо. Еще два коридора, и мы выйдем из заблокированной зоны. Так вот, есть проблема. Я слышал, как сержант шептался с лейтенантом.

— У вас прекрасный слух, император, — одобрительно кивнул Грев.

— Не жалуюсь.

— Так в чем проблема?

— Сержант говорил, что с «Ара-Беллой» пропали связь и телепорт.

— Ого! Даже если мы твою яхту найдем, она может оказаться за тысячи километров отсюда с другой стороны Ковчега, — встревожился адмирал. — Слышь, Драгобич, у тебя есть идеи, как туда добраться?

— Если телепорт заблокирован, то никак, — ученый задумался. — Разве что с Петей договориться.

— С каким Петей? — опешил Блад.

— Так… где тут у меня «Ара-Белла»? — Ученый на ходу похлопал себя по многочисленным карманам, нашел нужный, извлек из него три сиреневых кристалла и ткнул пальцем в самый крупный кристалл: — Вот он, Петя.

— Слышь, адмирал, — кинул злой взгляд на Грева Блад, — еще раз мальчика мне напугаешь, пришибу!

— Кто ж знал, что он такой нервный, — виновато вздохнул адмирал, покосившись на ученого. — Ты, парень, это… зла на меня не держи. Шутил я просто.

— Надеюсь, что он тоже шутит, — озабоченно пробормотал капитан.

— Насчет чего? — не понял Мойша.

— Насчет Пети, — пояснил Блад.

— Не шучу. Нормальный пацан, с ним договориться можно. Вот с Колей и Семеном бесполезно. Сема, — снова ткнул пальцем Драгобич, на этот раз в самый маленький кристалл, — ярый коммунист. Заливает, что он представитель угнетенных масс, рабочая косточка. На таких, как я, говорит, вся «Ара-Белла» держится. Грозится какой-то диктатурой пролетариата. Коля, — показал ученый камень среднего размера, — либерал. Только о правах и свободах личности талдычит. Больше от него ничего не добьешься, а вот Петя — молоток. Веселый парень. Когда я его из стены своей каюты выковырнул, он очень обрадовался. Меня, говорит, эти демократы с либералами задолбали. А уж коммуняки…