Шрифт:
— Я обязан участвовать во всех действиях подчиненных. Я за них отвечаю, — послушно отрапортовал Зверев.
— И как? Понравилось?
— Турбины мне легче понять, — честно доложил капитан. — А это, — его передернуло. — Бессмысленная жесткость. И люди… Я ведь почти всех знаю. Не среди них, — он замялся.
— Ясно, — подтвердил Лайс.
Он действительно разобрался без особых усилий. Война у них была совершенно разная. Одно дело служить на корабле, где постоянный распорядок и самое страшное снаряд большого калибра, попавший раз пять в борт за всю войну. Совсем другое участвовать в рукопашной. Ничего нет страшнее. Там дерутся всем. Штыками, ножами, лопатками, гранатами, кулаками и зубами. Все хотят первыми убить врага и самим остаться живыми. Протяженность окопов или поля потом измеряется количеством трупов.
Сегодня было милое развлечение в сравнению с прошлым и не все забыли каков реальный бой. А инженер впервые поучаствовал и не стоит скрючившись, выворачиваемый наизнанку после некоторых сцен. Честь ему и хвала. И все-таки…
— Займись своими прямыми делами, — твердо приказал Лайс. — Каждому свое.
— Да? И кто у нас получит должность начальника Лиги в Натмуке?
— Вот ты и посоветуешь, идет? А мне нужно совсем другое.
— Не доходит до меня, — сознался Зверев, моргая честными глазами. — Зачем это нужно? Вот это, — он кивнул на площадь, — я представляю. А спорт?
— Представитель Лиги занимает первое место на соревнованиях по боксу и едет в другую страну, давать там интервью. Чем плохо?
— Я не разбираюсь в боксе.
— Зато в баскетболе замечательно, — мысленно вздохнув, заверил Рудов. Он сам не в курсе, но Уна говорила у инженер-капитана даже какая-то серьезная медаль имеется. Лет пятнадцать назад он вполне профессионально играл на общешиольских соревнованиях флота. — Короче, — поспешно прервал сам себя, поучения не вышло, напрашивались подозрительные переговоры. — Мордобитие явно не твоя стихия. Давай честно, за что ты хочешь отвечать.
— Флот, — моментально ответил Зверев.
— А он у нас завелся?
— Понадобится.
— Тогда подваливай завтра, — Лайс прикинул расписание, — часам к трем. Обсудишь свои идеи с Команданте. Это выше моего разумения. По мне самый лучший выход прямо просить потребное. Глупо заставлять человека заниматься неприятным ему делом. Только обдумай предварительно, кем заменить себя.
— Слово?
— Еще землю есть заставь! Мы вроде взрослые ребята, а ты вообще офицер!
— Знаешь, — очень тихо сказал Зверев, — я себя ощущаю по прежнему юношей, только вчера окончившим мореходку. Будто все над головой пронеслось, пока я ковырялся в железках. Даже на детей иногда смотрю и удивляюсь. У меня и такие большие?
— Так это ж хорошо, — убежденно заявил Лайс. — Сохранить молодость в душе. Жизнь прекрасна и не люблю странных людей вечно ноющих и изображающих страдания. Лучше уж остаться мальчишкой до самой смерти и удивляться окружающему миру.
— Да я не о том. Не мое дело люди. Я чувствую себя неловко, командуя и не представляя к чему. Вот турбины, механизмы — вызывают интерес.
— Договорились, — согласился Рудов.
Все-таки каждому свое. Променять должность начальника Лиги в крупнейшем городе на абстрактную возможность возиться с двумя или тремя шаландами, называя их флотом. Еще неизвестно найдутся ли там вожделенные механизмы или придется ходить под парусом.
Работать руками он умел, но сейчас шел как раз в обратную сторону, к руководству людьми. Чем дальше, тем больше попадало к нему в подчинение народу и далеко не каждый раз все решалось настолько просто. Дал по кумполу и сиди, перекуривай. Власть штука притягательная и выпускать ее обидно. Это называется честолюбием и ничего ужасного он в себе не находил. Власть не цель. Это попутное. Обеспечить людям в стране возможность жить и свободно трудиться, получая достаточно для семей и повышая благосостояние — вот основная идея. А если придется идти к ней по крови, ничего не поделаешь. Даром ты только рождаешься и умираешь.
Прояснить подробности финансирования, как Лиги ветеранов, так и Национальной Лиги не представляется возможным. Без сомнения на первом этапе своего существования ЛВ постоянно нуждалась в деньгах. Источниками служили: членские взносы (10 'корон' в год — для многих серьезная сумма), пожертвования сторонников. Суммы, собиравшиеся после митингов, иногда исчислялись сотнями и даже тысячами 'корон'. По крайней мере, дважды отмечены серьезные поступления: завещание и деньги от эмигрантской общины. С выходцами из Патры представители Лиги и в дальнейшем плотно продолжали работать. Есть сведения о пожертвованиях и из Шилола.
Начиная с Камарена материальное положение ЛВ изменилось и начался процесс ее оформления в Национальную Лигу, что немаловажно. Увеличилось количество членов, завязались интенсивные контакты с серьезными предпринимателями. Если вспомнить политику Королевского правительства с введением таможенных пошлин на товары с Патры, ничего удивительного. Промышленники вряд ли являлись горячими сторонниками новой организации, однако выбрали неплохой способ давления на Баллин.
Обе фразы тщательно зачеркнуты другой рукой. Рядом на полях саркастическая приписка: 'Замечательный способ напомнить премьер-министру кто именно виноват во всей этой истории'.
Расходы, а соответственно и поступления, проследить практически невозможно. Организация добровольная, отчитываться по закону не обязана, пока руководители не приобретают в личную собственность особняки. Тогда можно возбудить уголовное дело. В принципе бесперспективно. Любое имущество оформляется на партию и дело умрет не начавшись. Уж адвокаты у Лиги с недавних пор появись серьезные, а доказать что-либо крайне сложно. Документы о пожертвованиях с первых дней не хранятся. В Лиге вообще очень долго не имелось кассира, а практически все серьезные суммы проходили через С. Шманова, не отражаясь ни по каким бумагам, из неизвестных источников. Есть подозрение еще и по причине получения определенных сумм от уголовных элементов.
Тем же почерком, что и реплика раньше еще одна приписка: 'Какие подозрения?!! Уж про бордель в Новом Свете всем прекрасно известно. Большой оригинал этот сутенер — практически все в пользу партии. Хорошо бы нарыть чего действительно серьезного'.
Докладная записка заместителя начальника военной разведки округа, полковника Хейса. Армейский архив. Баллин. Впервые опубликована в книге историка В. Ожогова. «Революция на Патре».Глава 11. Доходы и расходы. 2697 г.
Шаманов спустился по широкой мраморной лестнице клуба, помахивая набитым саквояжем и не замечая роскошной обстановки. Конечно, сунь сюда любого из сельских ветеранов, максимум видевших помещичью усадьбу с черного входа можно и смутить. Правда есть шанс на обратную реакцию, когда начинают агрессивно хамить, но вряд ли господин Рогачев баловался наукой психологией и глубоко рассчитывал действия.
Обычный излишне упитанный тип сделавший состояние на спекуляциях и близким знакомстве с высокопоставленными людьми. Вечный посредник, принимающий свою персону слишком серьезно и надеющийся в очередной раз пролезть на чужом горбу повыше.