Именно вдвоем с ним Шаманов и бегал, организовывая Лигу ветеранов. Тоже свое отбарабанил и первого лейтенанта 29-го пехотного полка заслужил. Уволенный в запас сохранил лишь соответствующую фотографию. Звания безжалостно резали всем. Многих это страшно обижало. Не хочешь — не плати офицерскую пенсию, но что за хамство писать в бумагах сержантское звание?

Хромов к концу службы отнесся легко и не страдал. Он, как и Шаманов, имел с офицерами полка напряженные отношения на почве происхождения. Две награды проплыли мимо, вычеркнутые в штабе. Такие вещи быстро отучают делать военную карьеру и настраивают творить гадости бывшим начальникам.

— Значит, кто на шестой день не представит мне конкретные планы мероприятий по организации партии в своем секторе — уволю. А соратник Зудов обеспечивает на восьмой день пресс-конференцию.

— Тема создание Национальной Лиги? Чтобы администрация губернатора не смогла переиграть, прислав запрет задним числом?

— Правильно, но сразу не выкладывать, побольше таинственности. Пригласить газетчиков из наиболее популярных изданий, прогрессистов, популистов, известных людей и от губернатора в последний момент. Что? — разрешил говорить Камову.

— Действительно динамит, — доложил тот, — автомобиль с широко известным бандитом взорвалась. Буквально на днях приобрел особняк на улице Короля Магура четвертого.

— Какой динамит! Бензин небойсь рванул, — обрадовано воскликнул Хромов. Водился за ним грешок — ярая нелюбовь к новомодной технике.

— Кто? — насторожился Макс.

— В полиции уверены — динамит, — твердо заверил Камов. — Морио-стрелок и еще не то пять, не то шесть человек. Сложно разобраться в куски порвало. Приехали праздновать и прямо у порога — бум. Всех.

Макс озадачено шарил зрачками по лицам. Нет, он нечто подобное ожидал, недаром его Стен гонял с Тараном договариваться, но кто и как?!!! Все наиболее доверенные люди здесь. Лайс далеко. Сам Шаманов такими вещами заниматься не станет. Не потому что боится, вот уж за ним не замечалось. Стали бы за трусом люди идти. Он и в кабаке под настроение мог кулаки почесать. Уровень не тот. Да и не сапер.

Или мог сам сделать? Руки совсем не барские, за станком работал и землю в свое время копал. А кинул кто? Или на входе присобачили, любопытно выяснить. Все равно не складывается. С Пастухом он не общался, откуда мог знать, куда Морио отправится? Мрак!

Далеко мне до Команданте, — подумал с искренним уважением, — так красиво обставился — алиби не железное, стальное. Догадываться я могу сколько угодно — доказательств ноль. И лучше не копать серьезно. Ну его, заимеет на меня Шаманов зуб за лишнее любопытство. И так он знает, что я знаю.

— Особняк освободился, — задумчиво сказал Стен. — Сгоняй-ка Макс к наследнику, попроси его нам сдать. В смысле на партийные нужды. Сколько ж можно затруднять, сидя на шее у доброхотов, а скоро и людей, и работы серьезно добавится. Э… тысяча 'корон' в месяц за аренду нормально будет.

— Там кирпичное здание в два этажа с двориком, — в недоумении сказал Камов. — В центре контору из восьми комнат, передняя, и кладовая с санузлом за такую сумму сдают. А это реально особняк. Терраса, балконы, — он развел руками.

— Морио хапнул за 400тысяч, — влез Хромов. — Рыночная цена хорошо, если в два раза больше. Хозяин в долгах был. Игрок. Говорят и не платили ему ничего, так здание ушло. Иначе бы просто убили.

— Так может хозяин виноват? — обрадовалась Уна. — Не стерпел унижения.

— Этот слизняк? — пренебрежительно переспросил Дуган, история громкая, пол города слышала. — Он мамашу продаст без угрызений свести, а чего серьезное — кишка тонка. Да и уметь надо бомбу сварганить из подручных материалов. Наверняка у полиции есть стукачи на 'черном рынке'. Найдут.

— Нам-то что? — очень логично ответил Шаманов. — Пусть полиция разбирается. А Макс с новым владельцем хорошие друзья. Он нам поможет, мы ему. Тем более и не платили картежнику. Легко пришло, легко ушло. Ты понял? — спросил Геллера, делая пальцами хорошо знакомый жест двумя пальцами: 'Бери бесплатно'.

Скотоводы так договариваются, покупая у простофили. Цену сбивают, не желая платить. При продавце ж не станешь вслух шельмовать. Какой бы не был дурачок, а не понравится.

— Конечно, — ответил тот послушно, поднимаясь.

Наглость Шаманова была беспредельна. Не было такого уговора! Да ладно, ему-то что? Он идет с поручением. Причем в ближайшие дни, скорее всего, будет весело. Пастуха придется поддержать силой, пока никто не опомнился. Нельзя позволить растащить наследство другим.