— Ладно, сиди пока здесь. Как стемнеет, я за тобой приду.

— Зачем? — равнодушно поинтересовалась Женька.

— Зачем, зачем?! — отчего-то рассердилась баба Лиза. — Нет! Оставлю тебя здесь околевать!.. Сиди и жди меня… И не вздумай никуда уйти!

Женька невесело усмехнулась. Второй раз за этот день ее просят подождать и никуда не уходить. Правда, в первом случае это прозвучало несколько иначе…

— Хорошо, — кивнула она через минуту. — Я буду сидеть здесь…

Оставив машину подальше от дома Тимохи, Павел прогуливающимся шагом двинулся по улице. Стайка пацанов, приподняв воротники, тихонько тянули курево из-под ладони.

— Слышь, дядя! — окликнул один из них Павла. — Закурить нет?

— Не курю, — буркнул он, старательно пряча лицо в воротник кожанки.

— Козел! — смачно плюнул пацан ему вслед.

— Дал бы я тебе такого козла! — прошипел в бессильной ярости Павел, не оборачиваясь.

Тротуар обрывался прямо у высокого забора, за которым еще вчера жил его друг. Минуя ворота, он направился к глухой калитке на другой стороне сада. Вопреки обыкновению она была открыта.

Внимательно глядя себе под ноги, он обошел кругом дом и остановился у окна гостевой комнаты.

— Та-ак! — задумчиво протянул Павел, заметив аккуратный разрез на стекле. — Как раз напротив шпингалета. Интересно…

Как потом выяснилось, интересного в доме отыскалось много.

После тщательного осмотра он обнаружил цепочку грязных следов на полу. Он точно помнил, что раньше их не было.

— Кто-то побывал тут после нас, — тихонько пояснил сам себе Павел. — Что искали?..

Но больше всего его заинтересовали уже засохшие отпечатки обуви, все под тем же окном в комнате для гостей. Кто-то, а по его подозрениям этот человек и являлся убийцей, вырезал кусок стекла на уровне шпингалета, открыл окно, влез в комнату и, аккуратно отерев обувь о пушистый ковер на полу, отправился вершить свое страшное дело…

— Эх, Тимоха!!! Как же ты мог так подставиться?! — Павел тяжело опустился на банкетку у стены и взъерошил волосы. — В твоем же собственном доме!.. Э-эх, дружище!!!

Глаза противно защипало, а горло сдавило от пугающего чувства безвозвратной потери.

Воспоминания унесли его в то далекое время, когда он вернулся со службы в армии.

Стоя посередине их дворика, Павел зычно свистнул. Полураздетый Тимоха тут же выскочил на ступеньки подъезда. Облапав закадычного дружка, он шепотом сообщил, что мать Павла с квартиры съехала, купив себе домик-развалюху на окраине. А попутно, видимо, съехала и с катушек, поскольку устраивает там сборища сатанистов. Павел и раньше был в натянутых отношениях с матерью, а после такого известия желание видеться с ней пропало у него окончательно.

Зависнув на неделю в Пашкиной коммуналке, друзья обсуждали планы на будущее. Здесь Тимоха и предложил, понизив голос до доверительного шепота, познакомить его с одним влиятельным человеком.

В дело Павел вошел, не имея ни гроша за душой. Постепенно раздвигая границы влияния, он из рядовых рэкетиров выбился в люди и стал одним из уважаемых коммерсантов в городе. Тимоха наблюдал за ним, уступив Павлу главенствующую роль в их деле. Но тот знал — плечо друга всегда было и есть самой надежной опорой.

Уставившись в одну точку, он сидел, не двигаясь, до тех пор, пока безрадостное течение его мыслей не было прервано трелью телефонного звонка.

— Тимоха! Ты?! — прорычали в трубку после минутного молчания.

— Нет, это я, — устало произнес Павел. — Чего тебе?

— У нас проблемы, — затараторили на том конце провода. — Лемины ребята устроили в моем кабаке драку, разгромили половину зала. Представляешь, совсем обнаглели… козлы!.. Потом еще кто-то выставил витрины.

— Не тарахти, — досадливо поморщился Павел. — Разберемся…

— Ты это, давай быстрее… А то я совсем без заработков останусь, — парень шумно сглотнул. — А следом за мной — ты…

Павел выругался и уронил на рычаг трубку.

Ситуация принимала неприятный оборот. Нет, нападение на ресторан не было такой большой проблемой, чтобы стоило вдаваться в панику, но лишние заморочки теперь, когда рядом не было Тимохи, могли внести сумятицу в ряды «налогоплательщиков», как называл их Павел.

Он встал и еще раз обошел комнаты. В спальне, где ночевала Женька, он задержался чуть дольше. Подняв с пола ее футболку, которую она так и не успела надеть. Павел повертел ее в руках и, вспомнив безобразную сцену, которую он учинил, избивая ни в чем не повинную девушку, тяжело вздохнул.

Она не лгала… Она действительно не убивала его друга… И судя по тому, как обнаглели в стане врагов, он знал, кто это сделал.

Сунув тонкую кофточку за пазуху, Павел стиснул зубы. Выглянув наружу, он внимательно осмотрел улицу и, не заметив ничего подозрительного, вышел из дома.

Баба Лиза торопилась. Уже час как стемнело, а она все никак не могла избавиться от надоедливой соседки. Будучи по натуре человеком замкнутым, она не любила гостей и сама редко ходила по чужим домам. А тут надо же — приспичило той заболеть. Приди, говорит, разотри мне поясницу — радикулит прихватил. А какой радикулит, если по дому скакала будто оглашенная.